Глава 154

— И профессор Трелони сделала еще одно из своих редких подлинных предсказаний, — добавил Гарри. — Несколько месяцев назад она предсказала, что меня убьют, а Волан-де-Морта отведут в безопасное место в сопровождении сонма змей королевского пурпура. В то время мы все думали, что это ее обычная чепуха, но оказалось, что она была недалека от истины. Интересно, обидится ли она, если я скажу ей, что она действительно провидица? В любом случае, я не знаю, слышали ли Вы что-нибудь из того, что я сказал, но я надеюсь, что слышали, потому что я уверен, что Вы захотите знать, что произошло. Но сейчас я должен Вас покинуть. Мне нужно идти на похороны.

Гарри Поттер встал и в знак прощания коснулся своей рукой руки Дамблдора.

— Похороны, Гарри? Я очень внимательно слушал Ваш рассказ, но я совершенно уверен, что Вы ничего не сказали о смерти кого-либо, кроме последователей Волан-де-Морта.

— Вы что, все это время притворялись?

— Я не новичок в таких странных розыгрышах, но симулировать полный паралич в течение шести месяцев было бы чересчур, тебе не кажется?

Гарри вынужден был признать, что это так.

— Вот и ответ на твой вопрос… — Дамблдор не поворачивал головы с тех пор, как проснулся. Он смотрел прямо в потолок, его губы едва шевелились, а голос был тихим. Гарри собрался с духом.

— Похороны будут для Джинни. Мы пытались спасти ее, но не смогли. Ее похороны сегодня днем в Норе.

Долгий вздох сорвался с губ Дамблдора, прежде чем он заговорил снова.

— А кого еще мы потеряли?

— Мариэтту Эджкомб. Эрни Макмиллана. И Луну Лавгуд.

Еще один вздох вырвался у Дамблдора, и он закрыл глаза. Последовала пауза, такая долгая, что Гарри подумал, не парализовало ли Дамблдора снова. Наконец глаза снова открылись.

— Такая молодая, все из них. Я бы сказал, что они были взяты раньше времени, но я достаточно стар, чтобы знать, что никто не слишком молод, чтобы умереть; лучшее, что мы можем сделать, — это выбрать способ и место нашей собственной смерти, а если это невозможно, то, по крайней мере, уйти с честью. И вот твои друзья умерли, так же как и многие из моих друзей, включая твоих родителей. Но это всегда тяжелее всего для выживших. Луна Лавгуд — единственный ребенок в семье, как и Мариэтта Эджкомб. Я должен буду увидеть родителей всех этих людей, и сегодня. Я бы предпочел сам сообщить им эту новость, если Министерство еще не сделало этого.

— Я думаю, что Министерству есть о чем подумать, — сказал Гарри, повторяя директору слухи, которые он слышал о второй битве в Министерстве, которая началась вскоре после поражения Волан-де-Морта.