Глава 54
Менее важные дела теперь были закончены, пришло время для главного события. Некоторым членам Визенгамота уже порядком наскучила эта процедура, но теперь все были очень внимательны, услышав, как открываются двери подземелья. Одной из новых особенностей камеры для слушаний было то, что обвиняемые теперь поднимались из нижних камер по узкой винтовой лестнице и оказывались на скамье подсудимых перед внушительной аудиторией собравшихся членов Визенгамота вместе с обвинителем и свидетелями против них.
Но свидетелей не было, когда Рита Скитер вышла из недр Министерства, где провела ночь под стражей, сдавшись накануне суда, как того требовали условия освобождения под залог. Свидетели были не нужны, поскольку Скитер снабдила Министерство всем необходимым, чтобы осудить ее. После того, как ее заявление было получено, чиновники Министерства несколько раз допрашивали ее, и каждая деталь ее истории была записана, каждое заявление подписано Скитер, а каждая страница подписана инициалами. У Фаджа были копии всего этого перед ним, и каждый член Визенгамота получил синопсис несколькими днями ранее.
Скитер заморгала от яркого света. В комнате для слушаний было не так уж светло, но свет казался ослепительным по сравнению с темными глубинами внизу. Ее обеспокоенный взгляд блуждал среди членов Визенгамота, надеясь угадать их коллективные намерения по выражениям лиц, которые она обнаружила. Но лица были одинаково серьезны и почти ничего не выражали, не давая никакого намека на то, что чувствовали члены заседания, за одним исключением — Амбридж. Она просияла, встретившись взглядом со Скитер. Писательница была ошеломлена откровенно хищным выражением лица Амбридж и смотрела себе под ноги, пока судебные приставы вели ее к месту, где она сидела на скамье подсудимых.
Обвинителем в этом деле был не кто иной, как сам Фадж, и с первого ряда он обратился к заключенной.
— Факты Вашего дела известны членам Визенгамота, что Вы были незарегистрированным анимагом в течение десятилетий, часто используя свои способности для личной выгоды, нарушая конфиденциальность Ваших жертв. В минуту безумия вы обратились в Министерство, думая, что если Вам удастся зарегистрироваться в качестве анимага, то Вы избежите наказания за свое преступление. Но Вы просчитались, и теперь Вы находитесь здесь, чтобы предстать перед судом и, если Вас признают виновной, вынесут приговор. Формально я должен спросить Вас, признаете ли Вы правдивыми факты, содержащиеся в обвинительном заключении Министерства? — Фадж поднял документ и начал передавать его заключенной. Но в этом не было необходимости.
— Факты верны. — сказала писательница, и ее голос был едва слышен.
— И как Вы считаете? Виновны или невиновны?
— Виновна.
-Тогда речь идет только о вынесении приговора. — когда Фадж сделал это довольно очевидное заявление, он оглядел зал с явным удовлетворением, как будто только что закончил трудный судебный процесс, требующий самых лучших усилий опытного адвоката. — У Вас есть что сказать, чтобы смягчить приговор?