Глава 46. ч.2

Едва удерживаясь на плаву, я просто ощущал звуки. Мой резко обострившийся слух улавливал все виды шума.

Мой слух улучшился. Я не обращал на это особого внимания. Я слышал, что если закрыть глаза, энергия, поступающая в зрение, распространяется на другие органы.

Правда это или нет, но я почувствовал это, поэтому поверил.

…Это слишком ясно.

Но теперь я мог слышать слишком хорошо.

Всё больше и больше звуков проникало в мои уши. Я мог слышать почти все звуки из леса.

Может быть, это потому, что энергия, которая раньше уходила на пространственное восприятие, теперь распространяется на другие органы чувств.

Если подумать, у меня всегда был хороший слух. Даже в предыдущем мире.

В то время как моё тело было слабым, а зрение —нечётким, мои уши были единственным органом, который функционировал нормально.

Ощущение взглядов с помощью прикосновения. Было странно ощущать такие вещи не интуицией, а осязанием, но слух у меня был острый, и взгляды я ощущал здесь даже лучше, чем на Земле.

Мана.

Я мог чувствовать ману. Хотя было трудно различить детали из-за обилия маны вокруг меня, различные формы маны передавались через мою кожу и органы чувств.

Вибрирующая мана, витающая в деревьях, явная мана в сорняках, поток маны, струящийся по почве, мана, текущая даже в воздухе.

Прежде всего, мана была голубой и чистой, излучая жизнь и сущность природы…

Я чувствовал это даже без пространственного восприятия.

Думая об этом.

Я всегда чувствовал ману через пространственное восприятие.

С каких это пор? Нет, я всегда чувствовал ману через пространственное восприятие.

Даже в детстве, когда моё зрение было размытым и слабым, я, в конце концов, видел.

После того, как я был проклят, мир, полностью погружённый во тьму, был ужасающим.

Поэтому я полагался на неустойчивое пространственное восприятие, которое было похоже на размытый мир, который я привык видеть, и ещё больше полагался на него, когда пространственное восприятие нормализовалось.

Пространственное восприятие стало всеобъемлющим.

Я многое понял о пространственном восприятии.

Причина, по которой я мог распознать книгу, не открывая её, заключалась в том, что я получал всю информацию из пространства, находящегося в пределах досягаемости.

Мне не нужно было открывать книгу, потому что она существует в этом пространстве. В конечном счёте, благодаря распознаванию всего пространства, содержание книги становится понятным.

Я также воспринимал ману таким образом. В конце концов, мана существует поверх пространства.