Глава 53.1

После еды Кайан и герцог покинули ресторан.

Теплое послеполуденное солнце ярко сияло над их головами.

— Сегодня хороший день. Почему бы нам не прогуляться?

— Согласен, сэр.

По предложению герцога они отправились в парк в центре города.

Парк был полон людей, которые неторопливо наслаждались теплой погодой.

Герцог прогуливался по парку, осматривая окрестности.

Он окинул взглядом группу молодых благородных дам, которые устроили пикник.

Герцог указал на скамейку рядом с ними и сказал:

— Мы можем передохнуть? У меня разболелись ноги.

Но ноги у герцога не болели.

Причина, по которой он попросил об отдыхе, заключалась в одной женщине.

Леди Шарлотте.

Она была самой известной красавицей в Империи.

Многие мужчины, вне зависимости от своего статуса, влюблялись в нее.

Ее даже прозвали «Богиней красоты».

Поэтому он выбрал лучшее место, чтобы сесть как можно ближе к Шарлотте.

Когда герцог и Кайан сели на скамейку, они услышали разговор молодых людей:

— Красота мисс Шарлотты растет день ото дня.

— Эй, а твоя жена знает? Что ты каждый день шпионишь за мисс Шарлоттой!

— Не говори ничего моей жене. Я ничего не могу поделать с инстинктами, меня влечет к красивым женщинам.

Герцог щелкнул языком.

«Нет ничего, хуже распутников».

Если его дочь свяжет свою жизнь с таким мужчиной, она, вероятно, прольет много горьких слез.

Если Кайана привлечет красота этой женщины, он станет для герцога таким же ужасным мужчиной.

Герцог, пришедший к такому хладнокровному выводу, искоса посмотрел на Кайана.

«Не могу поверить…»

Герцог вздохнул, когда увидел направление взгляда Кайана.

Взгляд Кайана был прикован к уткам, неторопливо плывущим по озеру.

Он не обращал никакого внимания на Шарлотту.

«Я не могу поверить, что для тебя такая красивая женщина, подобна камню на обочине».

Герцог внутреннее восхищался им.

Человека подсознательно тянет к прекрасному.

Сколько мужчин используют это, как оправдание перед тем, как изменить своей любимой?

«Я не могу поверить, что он прошел первое и второе испытание… Довольно хорошо».

Но впереди был еще долгий путь.

Перед ним стояли последние врата.