Глава 73.2

Кайан, до этого молча слушавший, наконец вступил в разговор:

— Блэквиллоу — явно псевдоним. Что известно о его настоящей личности?

Тема личности Блэквиллоу, видимо, и сама по себе интересовала магов, и они наперебой начали делиться слухами.

— Говорят, он раньше был придворным магом. Лет двадцать назад он отказался от статуса и ушёл в подполье, начав изготавливать нелегальное магическое оружие.

— Да, слухи довольно конкретные, так что Имперская разведка даже вела расследование. Они отследили всех специалистов по маготехнике, покинувших дворец в те годы, и в итоге задержали одного мужчину, который торговал запрещёнными артефактами.

Кайан, до этого внимательно слушавший, вдруг вмешался в разговор:

— Но он оказался не Блэквиллоу… Я прав?

— Совершенно верно. Его артефакты по характеристикам даже близко не стояли с творениями Блэквиллоу. Да и после его ареста оружие работы Блэквиллоу никуда не исчезло — оно по-прежнему гуляло по чёрному рынку.

Взгляд Кайана снова упал на разобранное орудие.

Пропавший маг как раз двадцать лет назад…

Пока он предавался размышлениям, маги, ухватившись за новую тему, оживлённо загалдели:

— Но зачем тогда Блэквиллоу снабжал оружием фанатиков? Да ещё и даром?

— Наверное, он и сам был ярым приверженцем Обелиса. Иначе какой смысл ему было помогать этой секте?

— Если это правда, то становится по-настоящему страшно. Даже гениальный инженер оказался в сетях этого культа…

— Может, и среди нас есть его последователи? Поклонники Обелиса?

— Фу, даже в шутку не надо такое говорить!

Маги дружно поморщились, будто сама мысль об этом была им отвратительна. Оставив позади болтовню магов, Кайан вышел из помещения.

Блэквиллоу…

Был ли он двадцать лет назад придворным магом или нет — его личность скоро перестанет быть тайной. Ведь поимка Блэквиллоу тоже входила в круг его задач. Кайан решил, что найдёт этого безумного инженера.

***

Ночные улицы небольшого города в княжестве Элландия.

Фигура в глубоко надвинутом капюшоне шла по ночной дороге.

Она, казалось, никуда не торопилась. Но и не шла прогулочным шагом.

Она просто шла вперёд.

Постепенно яркие городские огни остались позади, уступив место грязному кварталу с ветхими, теснящимися друг к другу лачугами.

Фигура вошла в трущобы — беззаконную зону, куда даже городская стража предпочитала не соваться.