Глава 35.2

* * *

– Мне всё равно, министр это или Ванъе, – Бань Хэн бросил свою чашку на стол, он сказал ужасно упрямым тоном: – Кто бы это ни был, до тех пор, пока он не нравится моей сестре, я не хочу, чтобы она выходила замуж.

Бань Хуа бросила ему носовой платок:

– Вытри руку, будь нежнее, не разбей чашку.

Бань Хэн мгновенно сдулся, из-за кого он был так зол?

Чжоу Чан Сяо наполнил чашу, заискивающе улыбаясь:

– Брат Бань… Старший брат Бань, не расстраивайся. Я больше никогда не буду упоминать об этом в будущем, хорошо?

Бань Хэн почувствовал себя лучше, когда Чжоу Чан Сяо решил отступить:

– Я думал о…

Ему было противно думать, что какой-то мужчина тосковал по его сестре день и ночь, не ел и не пил, пока не похудел. Но он не мог сказать это в присутствии своей сестры, боясь, что она тоже почувствует отвращение.

Осенняя охота была почти месяц назад, Янь Чжэнь должен был найти способ, если он был заинтересован в его сестре. Думал ли он, что Бань Хуа не подходит для брака с его высокоморальным «я», отчего ему пришлось притворяться влюблённым и мучить себя, чтобы заставить свою семью сделать предложение? Думал ли он когда-нибудь о том, что подумают люди, когда этот парень выставляет её такой роковой женщиной, представляющей опасность для общества?

Попытка заставить семью Бань согласиться, инсценировав почти доведение себя до самоубийства?

«Если ты хочешь умереть, иди и умри, не подходи к моей сестре с этими отвратительными мыслями».

– Это немного неуместно для молодого господина Яня делать это, – внезапно открыл рот молчавший до этого Жун Ся. – Боюсь, это снова обеспокоило Цзюньчжу.

Бань Хуа поменяла чашу с вином в руке Бань Хэна на миску с тёплым супом, и небрежно сказала:

– Неважные для меня вещи меня не беспокоят, – она даже не была уверена, будет ли она всё ещё жива через пять лет, почему её должно волновать, что другие думают о ней?

Жун Ся слабо почувствовал, как что-то укололо его сердце. Это было очень лёгкое, не болезненное, неописуемое чувство горечи и онемения.