Глава 71.1

Победа в словесной схватке с чиновниками невероятным образом подняла настроение бездельников. Они убежали, чтобы повеселиться, сцепив плечи вместе. Гнев в сердце Ши Чун Хая всё ещё горел, но расточители совсем забыли о его присутствии.

Ши Чун Хай стал намного горделивее в эти дни, но его мозг ещё не был затуманен. Он знал, что бесполезно спорить с бездельниками, а потому повернулся к Жун Ся.

– Я забыл поздравить Жун бо со счастливой помолвкой.

– Спасибо, юсян, – Жун Ся улыбнулся в ответ.

– Господин бо очень молод. Иметь хорошую семью со стороны мужа, которая может оказать поддержку, – это хорошо.

Смысл был в том, что Жун Ся полагался на семью Бань, чтобы получить должность министра чинов, и что Бань Хуа не была хорошей парой, Жун Ся был помолвлен с такой женщиной только ради своей официальной карьеры.

Иногда люди чётко знали, когда что-то было намеренно сказано, чтобы посеять раздор, но они всё равно позволяли этому влиять на них и становиться занозой в их сердце. Слова Ши Чун Хая были сказаны не с добрыми намерениями, гордый молодой человек был бы унижен и оскорблён, услышав это.

Но Жун Ся улыбнулся и выглядел глубоко тронутым, когда поклонился мужчине с видимым почтением:

– Большое спасибо, Ши юсян. Помолвка с Фу Лэ Цзюньчжу действительно позволила ваньбэю подняться.

Ши Чун Хай холодно рассмеялся: этот лицемер действительно мог устроить шоу.

Он узнал, как состоялась помолвка между Фу Лэ Цзюньчжу и Жун Ся. Перед смертью Чжан Гунчжу была смущена и приняла их за пару, Император, который чувствовал себя обязанным семье Бань, приказал Жун Ся сделать предложение. Так Фу Лэ Цзюньчжу, у которой была не самая лучшая репутация из-за её трёх расторгнутых помолвок, оказалась помолвленной с Жун Ся.

Продвижение Жун Ся на пост министра чинов должно быть в значительной степени компенсацией за «продажу своего тела».