Глава 51. Когда тело сдаётся, в бой вступает воля

«Прости, Господин Трус… Мы были неправы!»

«Элиан Кейн: я не гений, но я и не трус!»

«Вот это мужчина!»

Полный переворот. Абсолютный разворот на сто восемьдесят градусов.

Летящие комментарии на измерении-экране взрывались от эмоций. Когда зрители увидели, как парень, на которого они повесили ярлык «труса», в решающий миг, на пороге смерти, не раздумывая бросился защищать совершенно незнакомых людей, его образ тут же рухнул. Тот закомплексованный, замкнутый слабак, которого они презирали, рассыпался в прах.

На его месте возник новый — всё тот же неуверенный в себе юноша, но готовый без колебаний взглянуть в лицо смерти.

И в этот миг зрители по ту сторону экрана осознали простую истину: они никогда не презирали подлинную доброту — лишь лицемерие, что рядится в её одежды и прикрывается громкими словами о морали.

Ты можешь отсидеться в углу, можешь молчать. Но не смей насмехаться над теми, кто храбрее тебя, и уж тем более — клеветать на них.

Потому что свет, который они отвоёвывают ценой собственной жизни, однажды озарит и тебя.

Бах!

Пуля, окутанная чёрным свечением «Знака Пустоты», пронзила пламя и едкий дым. Под взглядами тысяч затаивших дыхание зрителей она вонзилась точно в переносицу Ронзана.

Но тут произошло немыслимое.

Пуля, хоть и попала в цель, прошла сквозь голову тёмного эспера, не встретив сопротивления, и врезалась в пустую кассу позади него.

Фигура Ронзана, возникшая за спиной Элиана, оказалась всего лишь иллюзией. Фантомом, неотличимым от реальности.

— Жаль. А ты был так близко.

Элиан резко обернулся, вскидывая пистолет в сторону, откуда донёсся голос. Но кулак оказался быстрее. Удар чудовищной силы обрушился ему на живот.

Хруст!

Его тело, словно тряпичная кукла, отлетело в сторону, снесло стеллаж с товарами и мешком рухнуло на пол. А на том месте, где он только что стоял, теперь возвышался настоящий Ронзан. Он всё ещё стоял в атакующей позе; на его правом локте вздулись два мясистых нароста, похожих на сопла двигателей, и из них лениво струился дымок.

— Хоть ты и сопляк, но должен знать главное табу для эспера: никогда не вступай в бой, не зная тип Истока своего противника.

— Я раскусил тебя, малец.

— Если не ошибаюсь, твой Звёздный Исток — это что-то из особого типа, сводящее на нет чужие способности? Признаю, впечатляющая штука.

— Но это неважно. Я не из тех слабаков, что без своей силы превращаются в ничто.

— К тому же, у твоего Истока слишком… очевидная слабость.

— Кха!

Элиан скорчился среди обломков. Сломанные рёбра, должно быть, проткнули лёгкие — тёплая кровь стекала из уголка рта. Сколько их сломано? Одно? Два? Или больше?