Том 1 Глава 102

А потом девушка с Юн Палом сцепились, как собаки, так в общем-то, можно назвать их драку. Я отвлекся и подошел к старушке, которая потирала руки перед камином. Ее лицо было испещрено морщинами, а спина полусогнута под тяжестью возраста. Я как можно вежливее спросил ее:

— Бабушка, а ваши родные знают, что вы здесь?

— Они все умерли.

В этот момент лицо старушки ожесточилось, а мои руки сами собой сжались. Но я не мог потерять самообладание перед пожилой женщиной, которая потеряла все. Налил кофе в бумажный стаканчик и протянул ей, затем взял одеяло, чтобы укрыть ее.

Она осторожно наклонила голову и поблагодарила меня. Я с горечью посмотрел на нее, затем повернулся к сидящему рядом Старому. Что я мог сделать? Но старик смотрел в окно с тоской в глазах. Наверное, он думал о том же, о чем и я. Но в этот момент старушка опустила бумажный стаканчик и окликнула меня.

— Вы же ищейки.

— Что?

— Ну, ищейки. Ловите бродяг, так?

Сначала я подумал, что она страдает слабоумием или пришла не по адресу. Но старушка, спокойно сидевшая перед камином, точно знала, что это офис отряда по борьбе с бродягами. Она даже сжала руку, державшую бумажный стаканчик, когда сказала о бродягах.

— Они съели их, не так ли?

На мгновение в кабинете воцарилась тишина, потому что в голосе бабушки слышались обида и боль. Школьница и Юн Пал перестали кричать, а люди, занимавшиеся своими делами, остановились, разинув рты. А старушка заговорила:

— Вы можете не платить мне талоны на еду…Я просто буду делать то, что мне говорят. Но, пожалуйста, просто принесите мне их головы… Просто покажите мне их гребаные головы, хорошо?

Конечно, в Эдеме были жертвы бродяг. Я не смог ответить ей, чувствуя к бродягам новое отвращение, и другие люди тоже молчали, отвернувшись. Лишь Старый подошел к ней.

— Кого у вас убили?

— Внука и невестку, — прошептала старушка.

Наверное, она плакала кровавыми слезами, проклиная свое старое тело в том, что не смогла за них отомстить. Разве это не страшно? Можно ли отомстить, или продолжать страдать всю жизнь? Может быть, объявление, которое мы разместили, было последним шансом, который у нее оставался.

У меня во рту был горький привкус. Апокалипсис превратил, казалось бы, беспомощную и мягкую бабушку в человека, жаждущего мести. Я проглотил горькую слюну и глубоко вздохнул.

Старый протянул руку и осторожно коснулся плеча пожилой женщины. Обернувшись, он на мгновение задержал взгляд на мне, а затем повернулся к остальным, ища у них негласного разрешения. Естественно, никто из них не возражал, и я ответил:

— Не хотите ли вы сегодня приступить к работе?

Старушка, сидевшая к нам спиной и смотревшая на камин, кивнула, и на ее глаза навернулись слезы.

***