Том 1 Глава 105

Знакомое чувство, при котором охватывает странная тревога. Что я слышу? Ничего, только вой ветра. А вижу? В окнах никого. Однако в голове продолжает звенеть тревожный колокольчик.

Протянул руку, хватая пистолет. Ребята, услышав металлический звук, поднимают головы на меня. Старый поднялся на ноги и стал возиться со своим пистолетом, видя мою тревогу, а я продолжил прислушиваться.

— Братан? — тихо позвал Юн Пал, но я махнул рукой, призывая его молчать.

Медленно закрыл глаза, вслушиваясь в вой ветра. Где девчонки пропадают? Они должны быть недалеко от участка. Сколько их уже нет, минуты две-три?

Поднял пистолет перед собой и быстро повернул голову, чтобы посмотреть на старика. Того, кого я понимал без слов. Того, кто мог действовать, глядя мне в глаза. Остальные были в замешательстве, и только Старый был готов.

Он быстро хватает арбалет и тянет за собой вооруженного Юн Пала. Они идут на второй этаж, чтобы прикрывать меня, как всегда это делают. Я уже вышел на улицу, и тут снова слышу этот звук.

Цокающий металлический звук отдается эхом в тишине. Прежде чем я успеваю подумать, тело приходит в движение, а нервы начинают напрягаться от предчувствия опасности. Быстро поворачиваю голову в ту сторону, куда ушли Пак Да Хе и Ким Хе Чжон.

Я вижу их. Большую группу людей, человек пять-шесть, собравшихся в зоне для курения рядом с участком. Взгляд упал на их обувь, обмотанную грязной тканью.

Понятно, почему я не сразу их услышал.

Их обувь была обернута тканью и подбита под ноги приспособлением, похожим на снегоступы, очевидно, предназначенным для того, чтобы заглушать шаги.

— Хмф! — они держали Ким Хе Чжон, зажав ей рот грязной тряпкой. Ее оружие валялось на земле.

На них напали, когда они шли обратно в участок. За ними следили? Нет. Если бы они следили за нами, чтобы напасть на нас, Ким Хе Чжон и Пак Да Хе должны уже быть мертвы. Но они все еще живы и не смотрят в нашу сторону.

Очевидно, эти люди не знают, что мы здесь.

У меня зрачки казалось расширились, а мышцы задеревенели от вида того, как девушки пытаются бороться с ними, но мужчины лишь тихо посмеивались.

Теперь я понимал ситуацию.

Я не злился. Не злился, потому что видел это столько раз. Это просто презрение к самому себе, к тому, что я расслабился на мгновение и потерял контроль над ситуацией.

«Почему потерял бдительность, почему отпустил их? Как вообще можно было до этого додуматься?», постоянно корил себя. Разум, усыпленный спокойствием, был вновь напряжен. Мне казалось, что я снова хожу по натянутому канату между напряжением и забвением.

Народу много, а место для курения маленькое. Если бы я ворвался туда, то это был бы рукопашный бой. Быстро выхватил меч из ножен и медленно покрался к ним.

Пак Да Хе вскрикнула, когда ее схватили за волосы, а Ким Хе Чжон замахала руками, пытаясь вырваться из кольца грязных рук, надвигавшихся на нее со всех сторон. Нужен тщательный план, блицкриг, чтобы застать их врасплох. Шансы не в нашу пользу, хотя у нас даже было оружие дальнего боя. Не было никакой необходимости торопиться с атакой.

Но мой рассудок не позволял этого сделать. Я отдался своим инстинктам. Мысли исчезли, и все, что я чувствую — рукоять меча в руках.

Бросился к ним, а они удивленно повернули ко мне головы. Заметались в панике, пытаясь оценить ситуацию. Увернулся от летящих на меня железных копий, крепко сжал рукоять меча. Мир замедляется, мерцает в такт биению сердца, но тело послушно подчиняется его приказам.

Я нацеливаю меч в живот бродяге и пронзаю его насквозь. Клинок, устремленный не вниз, а вверх, проходит сквозь ребра и разрывает диафрагму. Раздается жуткий вопль, и я чувствую колющее ощущение в кончиках пальцев. Голова холодеет, и только ярость заполняет разум.

— Да кто ты такой?!