Глава 65

Не было ничего более печального, чем отчаяние — даже смерть была на втором месте!

Именно так сейчас чувствовал себя Цзян И: он, выросший в клане Цзян, всегда думал, что это его дом, то, чем он может гордиться, и дом, который стоит защищать.

Когда ему было семь лет, он впервые почувствовал холод от своего дома. Но он не верил в это и думал, что это потому, что он бесполезен для клана. Он думал, что если бы он все еще был гением и мог культивировать в гораздо более быстром темпе, старейшины и старшие, которые раньше высоко ценили его, начали бы хвалить его и относиться к нему от всего сердца.

Когда ему было девять лет, Великий Старейшина пропал без вести, и клан Цзян начал игнорировать его и подвергать унижением. Все остальные члены клана Цзян начали запугивать его, но в его сердце остался след надежды. Даже до сегодняшнего дня он фантазировал, что клан Цзян снова будет высоко ценить его, лелеять его, предлагать ему статус, которого он заслуживал, и даже осыпать его теплом семьи.

На самом деле, когда он устроил этот переполох сегодня и использовал свою попытку самоубийства, чтобы собрать всех старейшин, у него была мысль о том, чтобы снять свою печать и продемонстрировать свою мистическую технику культивации, которая развила огромное количество эссенции.

Но теперь он потерял всякую надежду на клан Цзян. В конце концов, кровь клана Цзян не текла в его теле, и он был ничем иным, как бельмом на глазу в глазах могущественного клана Цзян. Сейчас он был для них тигренком, который мог превратиться в угрозу для их будущего.

Он не боится своей смерти!

С юных лет Великий Старейшина учил его принципам. Если он хотел быть настоящим и грозным воином, ему нужно было сердце воина. Он не должен бояться никого и ничего — даже смерти. Его единственным сожалением было то, что он не смог защитить Цзян Сяо и никогда больше не сможет.

— Хорошо! Поскольку нет никого, кто мог бы быть свидетелем, это дело стало ясным. Если старейшины не возражают, я приведу в действие правила клана.

Довольно скоро голос Цзян Юнши вернул внимание Цзян И, но на этот раз он не стал возражать. Он не хотел больше разговаривать, он не хотел больше оставаться в этом отвратительном месте!

Все молчали. Глава клана Цзяна все еще смотрел вниз и пил чай. У него не было желания высказывать свое мнение. Но заявление, которое он сделал, когда вошел в Дисциплинарный двор, ясно выразило его внутреннюю ярость. Он был крайне недоволен тем, что Цзян Жулун получил тяжелую травму.

Морщинистое лицо Второго Старейшины слегка дернулось, но в конце концов он промолчал. Он и Великий Старейшина были одной крови, и они всегда играли решающую роль в клане Цзян. Но с тех пор, как Великий Старейшина, который был мастером номер один в клане, пропал без вести, их родословная стала слабее. Ему оставалось жить не так уж много лет, и, естественно, он не хотел обидеть кого-то только из-за Цзян И, что могло повлиять на его потомков в будущем.

— Подожди!

Второй Старейшина ничего не сказал, это был Цзян Юньмэн, который был из той же родословной, что и Цзян Юньшань. Он был импульсивным и обладал характером, который никогда не мог скрыть никаких чувств в своем сердце. С тех пор как он вернулся из Демонстрационного зала Боевых искусств, ему было любопытно узнать о Цзян И. Видя, что Цзян И вот-вот будет казнен, он не мог не спросить: — Цзян И, что происходит с твоей культивацией? Как тебе удалось так быстро увеличить ее? Как ты победил Цзян Жулуна?

«Ха…»

Вопросы Цзян Юньмэна были сомнениями многих присутствующих здесь людей. Несмотря на то, что Цзян И не имел высокого положения, он все еще считался известным в клане Цзян. Возможно, из-за влияния Цзян Юньхая или из-за его странного запечатанного состояния, которое принесло ему некоторую известность. Недавно появились новости о том, что Цзян И был избит Цзян Руху и его группой. Так как он резко увеличил свою силу? Самым ошеломляющим фактом было то, что Цзян И с легкостью победил Цзян Жулуна!

Цзян И усмехнулся и на самом деле не хотел объяснять. Поскольку заявление Цзян Юньмэна, казалось, имело какое-то намерение защитить его, он придумал какую-то мистификацию: — Я нашел тысячелетний женьшень черной крови на горе Разрывающей Душу! Что касается того, как я победил Цзян Жулуна? Неужели так трудно победить такого никчемного человека, как он? Я легко могу победить его, просто продумав несколько шагов, хм!

«Тысячелетний женьшень черной крови?»

У всех, кроме Цзян Юньшаня, был изумленный взгляд, за которым последовал вздох жалости. Цзян Юньшань слегка поднял голову, чтобы посмотреть на Цзян И. Его глаза были полны гнева.

«Тысячелетний женьшень черной крови!»