Арианна VII
В который уже раз Арианна пожалела о том, что уехала из Хайгардена. В Просторе, несмотря на то, что осень уже вступила в свои права, все еще было тепло, даже жарко — и влажный воздух делал эту жару еще сильнее, почти как летом. Но совсем не так, как в ее родном Дорне. А вот в Речных землях погода оказалась намного, намного хуже. Здесь земля и небо были еще мокрее, чем на юге и к душному теплому воздуху добавился непрекращающийся дождь, от которого она промокла в буквальном смысле насквозь.
Но сегодня она впервые увидела солнце — впервые с того момента, как вошла в долину Трезубца. И понимала, что это ненадолго, ведь на горизонте по-прежнему клубились дождевые облака.
И ладно, если бы эти дожди сопровождались теплом… Но нет, каждый завтрашний день был холоднее вчерашнего и каждый вечер Арианна укладывалась в постель мокрой и дрожащей от холода. И, как будто этого было мало, Станнис перестал принимать ванну по утрам — и ей не давал, мотивируя это тем, что это занимает слишком много времени и лучше его потратить на движение к цели. Единственной причиной, по которой она до сих пор не выгнала его из своей постели, было то, что без него ей было спать еще холоднее. По крайней мере, пока.
«О, Семеро, скорее бы уже показался Риверран, иначе очередной ливень может окончательно похоронить мой брак…» — думала она, чувствуя, как болят ее ноги после очередного дня в седле. Арианна не понимала, как Обара и Ним вообще это выдерживают. Может, привыкли уже. Может, знают какой-то секрет, который для нее был скрыт.
И вдобавок, дожди и распутица еще больше задерживали движение войска… Они уже отстали от плана минимум на неделю.
К ее несказанной радости, на следующее утро они все-таки встретились с союзниками. Это были разведчики дома Фреев, заметившие их накануне вечером — и на рассвете к ним подъехал конный отряд из Риверрана во главе с самим Черным Рыбой. По слухам, именно он был главным творцом побед северян и вассалов Талли — и именно благодаря ему Молодому Волку удалось подобраться к ланнистерскому войску незамеченным и успешно прорвать осаду Риверрана. Самой Арианне этот человек показался лишь невзрачным и недобрым старикашкой, но… Внешность, как это часто бывает, могла окзааться обманчивой.
— Мы думали, что вы прибудете две недели назад, — сказал сир Бринден, когда они со Станнисом приняли его в своем шатре. Кроме них, здесь присутствовали дядя Оберин и сир Гарт Тирелл, двоюродный дед лорда Уилласа — этот человек должен был представлять в Совете интересы Хайгардена до конца войны. Ни она, ни Станнис не были в восторге от идеи включить в Малый Совет члена семьи Тиреллов, но они все равно на это пошли — это было частью цены, которую пришлось отдать за верность нового верховного лорда Простора. Естественно, Арианна ни капельки не доверяла этому человек и у нее было несколько соглядатаев, которые исправно докладывали ей о каждом шаге бывшего кастеляна Хайгардена. И она подозревала, что у дяди Оберина и его дочерей тоже были свои осведомители в окружении сира Гарта… Впрочем, пока что Тирелл не совершил ничего из того, что можно было счесть заговором против них и в пользу Ренли.
— Непогода, — коротко ответил Станнис Черной Рыбе. — Реки вышли из берегов и многие из мостов оказались смыты. А многие из тех, что устояли, оказались непроходимы. И вдобавок мы видели те разрушения, что учинили в этих землях Ланнистеры.
— Еще одна причина заставить Старого Льва умыться собственной уровью, — добавил Оберин. — Где он сейчас? Все еще прячется за стенами Харренхолла?
— Вы что, ничего не слышали? — недоверчиво поднял бровь сир Бринден. — Я-то думал, что это уже известно и в Просторе, и везде… Что ж, в очередной раз убеждаюсь в том, что на войне новости часто запаздывают. Две недели назад лорд Тайвин выступил из Харренхолла на Запад. Мы устроили ему засаду на Королевском тракте и разбили наголову. Джоффри погиб, его брат тоже, а Тайвин Ланнистер сидит у нас в плену.
— Что??? Как… — впервые за долгое время Арианна поняла, что у нее нет слов. То, что она сейчас услышала, было чем-то невероятным. Это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой.
Все было кончено. Ланнистеры разбиты… Но все закончилось совсем не так, как она ожидала.
«Они убили Томмена…» — говорил злой голос у нее в голове, который так часто начинал свои речи, когда следовало молчать. — «Джоффри был чудовищем, но Томмен был чудесным маленьким мальчиком — и они его убили. Нет, даже не так — ТЫ его убила…»
«Неправда», — пыталась она убедить себя. — «Не я его убила, а Старки и Талли… А сколько невинных детей убил Тайвин Ланнистер? Не будет ли справедливо и ему ощутить ту же горечь, что он столько лет приносил всем другим?»
— Лорд Тайвин хотел заключить с нами перемирие, но это был обман. Он надеялся, что мы его пропустим к границе Западных земель — и там он мог загнать нас в западню, разбить и возобновить войну в Речных землях. Но мы не стали этого дожидаться и сами загнали его в капкан, — объяснил Бринден Талли.
— Значит, Молодой Волк разгадал его замысел, — прокомментировал сир Гарт, удивленный не меньше, чем они все. Арианна мысленно поблагодарила богов за то, что он не сопроводил свои слова… тем, чем привык сопровождать при каждом удобном (для него, не для окружающих) случае.
— Не совсем. Нас предупредили с той стороны. Тирион Ланнистер раскрыл замысел своего отца.
— Бес его предал? — переспросил Станнис.
— Да. Лорд Тайвин отправил его на переговоры о перемирии, но карлик вместо этого раскрыл нам его подлинные планы. И лорд Старк вместе со своим племянником… Они вынуждены были принять кое-какие условия от вашего имени. Мы не могли спросить вашего мнения, поскольку время поджимало, а почтового ворона могли перехватить…
— Какие еще условия? Что вы ему пообещали? — тут же напрягся Станнис и Арианна поняла, что добром это не кончится. Но с другой стороны, юный Старк добился этим шагом великой победы, за которую можно было заплатить хорошую цену.
— Прощение для лорда Тириона и его сторонников, в том числе принца Томмена и принцессы Мирцеллы… Хотя теперь уже это касается только Мирцеллы, да. А также его признание лордом Утеса Кастерли и Хранителем Запада и освобождение оставшихся у него солдат от дальнейшего участия в этой войне, — ответил Черная Рыба, стойко выдержав яростный взгляд ее мужа. Арианне было ясно, что даже если Станнис ответит отказом, этот человек будет стоять на своем. А они не могли вот так терять союзников в такой момент, когда война была близка к развязке…
— Лично я нахожу эти условия вполне приемлемыми, сир Бринден, — улыбнувшись, сказала она, пока ее муж не успел открыть рот. Он так ничего и не сказал, только скрипнул зубами и очень выразительно на нее посмотрел, давая понять, что ее ждет очень серьезный разговор, когда они останутся наедине. А он, как она успела убедиться, мог быть очень… темпераментным, когда злился. — Но я бы добавила кое-что еще. Мирцелла будет во всеуслышание объявлена незаконнорожденной дочерью Серсеи и лишена всякого права на престол по праву дочери Роберта. И это не обсуждается. Далее, все члены Малого Совета Джоффри должны быть осуждены и казнены…
— Я не вправе выносить решения по этому вопросу, но, будь моя воля, я бы ответил согласием на ваши доводы. Думаю, вам стоит обсудить все с лордом Тирионом и лордом Старком в Риверране. Что касается вашего последнего условия… Боюсь, что в наших руках находится только мейстер Пицель. Лорд Бейлиш, насколько мне известно, скрывается где-то в Долине, а лорд Варис… Никто не знает, где он сейчас.
— Зато, как я понимаю, Эддард Старк сейчас с вами, — заметил Гарт Тирелл. — В последний раз нам было известно о том, что он сидит в темнице Красного замка, следовательно, мы полагали, что он мог перейти в руки лорда Ренли…
— На самом деле нет. Покидая столицу, Ланнистеры забрали его с собой, но… Его больше нет среди нас. Тайвин Ланнистер заранее отдал приказ убить пленника при малейшем шансе его потери. Наши воины не успели прийти к нему на помощь. Поэтому Севером и Винтерфеллом сейчас правит лорд Робб Старк.
Такой исход виделся Арианне хоть и печальным, но в то же время очень ожидаемым. С того самого момента, как она узнала о пленении Эддарда Старка Ланнистерами, она была почти абсолютно уверена в том, что больше не увидит бывшего десницу короля живым. В самом-самом маловероятном исходе, если он вдруг согласился бы раскаяться в измене и принести присягу на верность Джоффри, его могла ждать Стена.