Глава 1127. Проблеск надежды

Сжав его, Ли Мэнту раздробил окровавленное сердце на куски.

Кровь и плоть смешались в жуткую массу.

Даже находясь в стадии регенерации, Ли Мэнту испытал мучительную боль. Кровь хлынула из его рта и из раны на груди. Он весь был залит кровью, как и Сюй Цин.

Боль исказила его лицо.

Но, что странно… уголки его губ растянулись в улыбке.

Улыбался и старик, вырезанный на деревянной фигурке в его руке.

Искажённые болью лица, улыбки на губах.

Одинаковые.

В следующий миг сердце Сюй Цина словно пронзила невидимая рука. В груди образовалась дыра, обнажив бьющееся сердце.

Невидимая рука сжала его, и оно начало трескаться.

— Техника кармической связи! — Сюй Цин активировал следы Пути. Он увидел нити кармы, связывающие его с деревянной фигуркой, а фигурку — с Ли Мэнту.

Фигурка служила проводником, связывая Сюй Цина и Ли Мэнту!

Эта связь не переносила урон, а делала его равным для обоих!

Ли Мэнту раздробил своё сердце, и сердце Сюй Цина постигла та же участь.

Лицо Сюй Цина помрачнело. Видя, как его сердце вот-вот разорвётся на части, он без колебаний материализовал огромные ножницы.

Это были не те ножницы, что раньше, а воплощение власти стирания.

Хотя их мощь уступала оригиналу, с ростом уровня совершенствования Сюй Цина они стали невероятно острыми. Он полоснул ими по нитям кармы, связывающим его с фигуркой.

Раздался щелчок, и все нити оборвались.

Опасность миновала!

Сюй Цин шагнул вперёд, намереваясь атаковать Ли Мэнту.

Но тут раздался хриплый голос Ли Мэнту: — С тех пор, как я увидел твою особую власть, я подозревал, что ты можешь разорвать нити кармы. Но раз уж я показал эту технику, значит, я был готов к такому повороту!

— Я раздробил своё сердце лишь для того, чтобы убедиться, что ты действительно можешь разорвать кармическую связь.

С этими словами Ли Мэнту сломал голову деревянной фигурки.

Фигурка имела таинственное происхождение и обладала невероятной силой. Хотя нити кармы были разорваны, обратная волна ударила с чудовищной силой.

В тот момент, когда голова фигурки отломилась, разорванные нити кармы словно ожили и, извиваясь, как змеи, обвили ножницы, созданные властью стирания Сюй Цина.

И связь восстановилась.

Сюй Цин сузил глаза.

Ли Мэнту рассмеялся и полоснул себя по горлу кинжалом.

Кровь хлынула из глубокой раны, рассекающей даже кость.

Такая же рана мгновенно появилась на шее Сюй Цина.

Сюй Цина затрясло. Его истерзанное тело содрогнулось от новой, страшной раны. Его совершенствование пошатнулось, жизненная сила начала угасать.

Он зажал рану рукой и отступил.

Головокружение нахлынуло на него, как приливная волна.

Ли Мэнту же убрал фигурку. Используя последние мгновения действия силы регенерации, он восстановил сердце и страшную рану на шее.

К тому моменту, как сила регенерации иссякла, он был полностью здоров.

Но тут же на него обрушилась расплата за использование этой силы. Его волосы поседели, тело иссохло, дыхание стало слабым.

Однако его взгляд, прикованный к отступающему Сюй Цину, горел.

— Похоже, твой возврат во времени, как я и предполагал, нельзя использовать дважды подряд в короткий промежуток.

С этими словами он рванулся к Сюй Цину, полный жажды убийства.

Он был уверен, что Сюй Цин больше не сможет повернуть время вспять.

Он мгновенно оказался перед отступающим Сюй Цином, и его рука, полная смертоносного намерения, обрушилась вниз.

Он хотел прикончить Сюй Цина на месте.