Глава 1262. Богиня пала

— Молодой господин, твои методы слишком грубы. Ты совсем не жалеешь красавиц, — облизнув губы и оглядев Богиню, Лиса с улыбкой обратилась к Сюй Цину.

Сюй Цин нахмурился.

— К тому же, такая стимуляция — лишь поверхностное воздействие. К ней легко привыкнуть. Ты, видимо, не понимаешь Богов, особенно Богинь… — Лиса усмехнулась и провела рукой по шее Богини.

Богиня напряглась, её охватила тревога. Она пристально посмотрела на Лису и резко сказала: — Как ты смеешь?!

В её голосе звучала сила её божественной крови, которая обычно внушала трепет другим Богам. Лиса на мгновение замерла.

Но вскоре её глаза загорелись. Казалось, чем сильнее сопротивлялась Богиня, чем явственнее было её благородство, тем больше это возбуждало Лису.

— Вот оно! — подумала Лиса и, наклонившись, шепнула Богине на ухо: — Сестрица, знаешь ли ты, что я давно тебя желала? Постарайся и дальше сохранять этот вид.

Дыхание Лисы обожгло ухо Богини, заставив её вздрогнуть. Сердце её сжалось от предчувствия чего-то ужасного, и она инстинктивно попыталась отстраниться.

Слова Лисы усилили её тревогу.

Но Богиня понимала, что, показав страх, она выдаст свою слабость.

Поэтому она сдержалась и холодно посмотрела на Лису, демонстрируя своё божественное величие.

Лиса, усмехнувшись, взмахнула рукой.

Комната исказилась, и в центре появился нефритовый стол. Лиса перенесла Богиню на стол и обездвижила её.

Рваная одежда Богини превратилась в розовое шёлковое платье.

Чтобы усилить эффект, Лиса даже поделилась с ней частью своей изначальной сущности. Теперь Богиня, лежащая на нефритовом столе в розовом платье, выглядела ещё прекраснее.

Её кожа вновь обрела сияние, став гладкой, как нефрит. Глаза, подобные звёздам, излучали врождённое благородство и холодность. Она произнесла:

— Ты, жалкое низшее божество, как смеешь?!

— Не торопись, сестрица, мне ещё нужно подготовить кое-какие реквизиты, — ответила Лиса, её глаза, горящие возбуждением, превратились в полумесяцы. Она подняла руку и достала небольшой красный флакон.

На глазах у Сюй Цина и Богини Лиса раздавила флакон. Маслянистая жидкость вытекла из него, наполнив комнату необычным ароматом.

— Это масло я извлекла из одного растения, растущего в Божественном Домене. Сто лет я его очищала, тысячу лет настаивала, добавляя различные небесные сокровища. В итоге получилась эта бесценная жидкость, — сказала Лиса, — Если бы ты, сестрица, не была столь благородной, я бы пожалела её использовать. Я хочу сделать из неё свечу, но мне нужен фитиль.

С этими словами Лиса выдернула несколько прядей из волос Богини и сплела из них фитиль.

Затем она соединила фитиль с маслом, создав голубую свечу.

Богиня нахмурилась, глядя на свечу. Она не понимала, что задумало это низшее божество, но, основываясь на своих знаниях, сделала предположение.

— Хочешь использовать технику помутнения разума? Ты ничего не знаешь о высших божествах! — холодно произнесла она.

Лиса усмехнулась и, щёлкнув пальцем, зажгла свечу. Пламя тут же заплясало.

Аромат масла стал ещё сильнее, окутывая Богиню.

Она попыталась заблокировать его, но запах проникал сквозь кожу. Вскоре её дыхание участилось.

Богиня сузила глаза, чувствуя, что с этим ароматом что-то не так! Казалось, он пробуждал в ней какие-то эмоции, помимо инстинктов жизни и смерти!

Это чувство было ей незнакомо.

Голос Лисы эхом разнёсся по комнате:

— Растение, из которого я сделала эту свечу, цветёт раз в три тысячи лет. Когда оно распускается, всё в радиусе пяти тысяч километров покрывается таинственным туманом. Этот туман способен поработить душу и вызвать невообразимые эмоции. Для Богов он подобен маку для смертных.

Эти слова поразили Богиню. Она задействовала свою божественную кровь, пытаясь подавить незнакомые чувства.

Но в этот момент Лиса подошла к нефритовому столу и, наклонив свечу, капнула воском на шею Богини!

Богиня резко откинула голову. На её белой коже появились золотые узоры, а в глазах заплясали искры, вызванные бурей эмоций.