Глава 393

Глава 393

Смерть Короля Людовика была подобна падению векового древа, знаменовавшему конец целой эпохи. Людовик XI, прозванный соседями Коварным Пауком, внушал страх своей хитростью, жестокостью и тем поистине фанатичным упорством, с которым он изводил врагов.

Однако он не просто беспощадно охотился на политических противников ради власти: Людовик заложил фундамент абсолютной монархии, развил торговлю и почтовое сообщение, а также активно внедрял систему регулярной армии.

Увы, все достижения его преклонных лет пошли прахом по одной причине – он выбрал врагом меня.

— Его Величество великий король отошёл к Господу и обрёл вечный покой. Поскольку законный наследник Его Величества взошёл на престол, я предлагаю Гранд-гауптману, вашей светлости, заключить перемирие.

Французский посол официально известил о смерти Короля Людовика. Согласно обычаю, он предложил прекратить огонь, так как новым королём стал девятилетний дофин Шарль. Я перевёл взгляд на министра государственных дел.

— Ваша светлость, обычно срок перемирия составляет три месяца.

Тут же вмешался французский посол:

— Трёх месяцев ничтожно мало! Коронация великого короля Франции – событие торжественное и пышное, одна только подготовка займёт полгода. Посему разумно будет назначить срок в один год.

«Ну и наглец, истинный делец», – подумал я. Больше всего мне хотелось целый год грабить Париж. Но на дипломатической встрече такие речи недопустимы, поэтому я просто срезал предложенный срок вдвое.

— Год – это слишком долго. Сговоримся на полугодии. С моей стороны это проявление доброй воли.

— Но коронация по традиции должна пройти в Реймсском соборе, время слишком поджимает.

— Если полгода вас не устраивают, сократим до трёх месяцев. Посол, вы и сами знаете, что моя армия стоит в Амьене.

Для меня, способного в любой момент ударить по Парижу, их просьба о годе тишины была за гранью наглости. Полгода – и так щедрая уступка. Французский посол тяжело вздохнул.

Казалось, он сокрушался о том, как Франция докатилась до такой жизни. Ответ прост: всё потому, что я не француз. Эти господа невероятно горды и заносчивы.

Достаточно вспомнить, как во время войны за Бургундское наследство я ответил на письмо Короля Людовика коротким «Scheiße» (дерьмо). Он так разъярился, что примчался на поле боя, волоча своё немощное тело на костлявых ногах.

Наверное, я был единственным, кто осмелился так вызывающе вести себя с королём Франции. После того случая в парижских кругах меня стали называть невежественным немецким дикарём – для меня это лучший комплимент.

Посол попросил дозволения и удалился посовещаться со свитой.

Хотя на феодалов это правило не всегда распространяется, по обычаю полагается заключать временное перемирие, если во время войны умирает монарх высокого ранга. Нарушишь это – и на тебя ополчится вся Европа.

Это значило бы вмиг перечеркнуть репутацию справедливого и верного слову правителя, которую я выстраивал годами. Подождать, пока маленький дофин коронуется, не так уж и трудно.

За это время я сосредоточусь на Восточном фронте, разгромлю силы Союза князей, дойду до польской границы, добьюсь независимости Тевтонского ордена и ослаблю польско-литовский альянс.

Полгода – более чем достаточно.

К тому же Франция – страна, привыкшая к перемириям.

Несмотря на то что Франция и Англия вели Столетнюю войну, периоды затишья в ней бывали весьма затяжными. То Папа Римский выступал посредником, то чума выкашивала обе стороны. За это долгое время сменилось немало королей.

И всё же поразительно, как они умудрялись столько времени тузить друг друга. А потом внезапно явилась Жанна д’Арк, сокрушила Англию с Бургундией и принесла Франции славу победителя.

— Мы принимаем милость Гранд-гауптмана, вашей светлости, и соглашаемся на полгода, — произнёс вернувшийся посол. — Мы верим, что в отличие от коварной и вероломной Англии, ваша светлость не допустит никаких конфликтов во время перемирия.

— Не беспокойтесь. Ближайшие полгода в Париже будет очень спокойно.

Нужно отправить побольше пороха и пушек корпусу Аугуста, расквартированному в Амьене. Сейчас там три сотни орудий, но я увеличу их число до пятисот, чтобы превратить стены Парижа в руины.

Я клеймил Англию вероломной, но французы, безучастно смотревшие на смерть Жанны д’Арк, ничем не лучше. Видимо, надеются любой ценой выиграть время под предлогом перемирия, но всё тщетно.

В тот день, когда срок выйдет, стены Парижа содрогнутся от канонады.

Напоследок я спросил посла:

— Как скончался Король Людовик?

— Он мирно отошёл к Господу.

Хм, судя по тому, что это была правда, посол не знал всех деталей. Хотя король и слёг от удара после того, как я дважды накормил его «дерьмом» и нанёс сокрушительное поражение, умер он не от болезни.

С высокой долей вероятности это было убийство, заказанное герцогом Орлеанским, который нанял каких-то оборванцев вроде Чёрного Братства. Но устранить маленького дофина им, похоже, не удалось. Успех наполовину.

Герцог проиграл битву и бежал в герцогство Бретань, так что сейчас он под крылом Франциска II. Всё-таки он глава Лиги Общего Блага. Однако трон герцогу Орлеанскому не светит.

Он поплатится за то, что посмел подослать ко мне убийц.

Принцесса Орлеанская станет моей фигурой в этой партии возмездия.

«Французский Паук низвергнут в Чистилище».

«Перемирие на пороге Парижа!»

«Кто он – Шарль, дофин, взошедший на престол?»

Через еженедельную газету Льежа весть о смерти Короля Людовика и заключении перемирия разлетелась по миру. Горожане передавали листки из рук в руки, бурно обсуждая грядущие перемены.

Яростные споры у газетных киосков стали привычным зрелищем. Пока мир гудел о смерти французского короля, я обсуждал с братьями Фуггер торговлю с Москвой.

— Посол Владимир проявил большой интерес к керамике, — докладывали мне.

— Не просил ли он изготовить изделия в форме яйца?

— Откуда вы знаете? Он показал образцы традиционного ремесла Руси и сделал заказ. Просил сделать их самыми роскошными и вычурными в мире, но я до сих пор не пойму, где грань этой роскоши.

— Осыпь их драгоценными камнями и золотом, добавь затейливых узоров в центре – и он будет в восторге.