Глава 452

Как герцог Люксембург и высший аристократ Империи, я был обязан изучать влиятельные семьи враждебных государств, а потому прекрасно знал, о каком роде идет речь. Тюдоры – фамилия более чем известная.

В конце концов, именно династия Тюдоров станет финальным победителем в Войне Роз. Знаменитый авантюрист Генри VIII принадлежал именно к этому дому. Человек же, стоящий передо мной, судя по времени, должен быть его отцом. Значит, это Генри VII.

— Семья Тюдоров – это ведь боковая ветвь Ланкастеров? — Уточнил я.

— Если быть точным, то через мою мать я принадлежу к дому Бофортов, который является побочной ветвью Ланкастеров.

К слову, епископ Винчестерский, заправлявший судом над Жанной д’Арк, тоже был из Бофортов. Когда в Англии из-за Войны Роз начался хаос, этот человек бежал в герцогство Бретань и долго скитался по Франции.

— С точки зрения крови ваши права на престол ничтожны.

— Я лишь надеюсь вернуть земли, отобранные Эдвардом, — ответил он.

Скаут администратора подтверждал: в его мыслях не было лжи. Но есть ли у Максимилиана причины оказывать почести изгнанному дворянину, который хочет всего лишь вернуть свое поместье? Максимилиан подал голос:

— Он едва успел примкнуть к нам перед самой переправой в Дувр. Мой друг утверждает, что поможет сплотить силы противников Йорков, которые прежде поддерживали Ланкастеров. Взамен я пообещал вернуть ему Ричмонд.

— Ричмонд – это феод, принадлежащий герцогству Йоркскому, — добавил Тюдор. — Как законный граф Ричмонд, я считаю дом Йорков узурпаторами, лишившими меня наследства. Прошу, помогите мне вернуть родовые земли.

Желание вернуть наследство – вполне достойный повод. Если бы только речь не шла о Тюдорах. Зная о будущей английской династии, я мог разглядеть ложь, искусно вплетенную в правду.

— Неужели английская корона вас совсем не манит? — Прямо спросил я.

— Мои права на престол слишком слабы, а в очереди наследования я стою далеко.

Он ловко ушел от прямого ответа. Этот человек мастерски скрывал истинные намерения. То, что он жаждет вернуть Ричмонд и что его права на корону призрачны – чистая правда.

Однако от Скаутера не скрыться.

В его словах мешались истина и коварство. Видимо, до него дошли слухи о моей способности распознавать ложь во время изгнания, и теперь он тщательно взвешивал каждое слово. Но полностью скрыть нутро невозможно.

Не будь он Тюдором, я бы, возможно, даже поверил в его искренность. Он явно рассчитывал использовать нас с Максимилианом в своих интересах, шевеля мозгами в правильном направлении, но ему не повезло.

Максимилиан, не разгадавший истинную натуру Тюдора, видел в нем лишь инструмент для объединения внутренних сил Англии. Что ж, придется расставить ловушку, чтобы заставить его раскрыться.

— Давайте здесь же решим судьбу английской королевской семьи, — предложил я.

— Уже? Но мы ведь даже не заняли Лондон.

— Война уже выиграна, — отрезал я. — Сражения лишь подтвердят этот факт.

— Только князь-волк может позволить себе подобные заявления, — усмехнулся Максимилиан.

Объявлять о победе заранее может показаться самонадеянным, но борьбы как таковой и не предвиделось. Англии, и без того располагающей скромными силами, придется дробить их, чтобы сдерживать натиск со всех сторон.

Шотландский фронт, ирландский фронт и имперский фронт, наступающий с юга. Чтобы Англия победила, должен внезапно явиться кто-то вроде Жанны д’Арк или воскреснуть Ричард Львиное Сердце. Но увы – даже появись такой герой, против меня, вооруженного Системой и читерскими предметами, у него не было бы ни шанса.

— И что же герцог намерен предпринять? — Спросил Максимилиан.

При упоминании судьбы королевской семьи лицо Генри Тюдора изменилось. Он осознал, что его амбиции зависят от нашего решения, и начал заметно нервничать.

— У короля Эдварда есть юный наследник.

— Точно, он ведь ровесник дофина Шарля, — припомнил Максимилиан. — Говорят, здоровье Эдварда, подорванное излишествами, оставляет желать лучшего. Если трон займет его сын, а правителями Англии и Франции окажутся дети, они еще долго не смогут бросить вызов гегемонии Империи.

План был прост: устранить Эдварда IV тем или иным способом, возвести на престол Эдварда V и управлять страной из тени. Тот же сценарий, что и с Францией. Только положение Англии еще хуже.

Лига Общего Блага хоть и раздираема распрями, все же признает Францию сюзереном. А Англия? Потеряв юг и столкнувшись с независимостью Корнуолла и Девона, она лишится значительной части земель.

Если прибавить к этому крайне враждебных шотландцев и ирландцев, которые перейдут под крыло Люксембурга, Англия окажется заперта с трех сторон: с севера, запада и юга. Свободным останется только восток.

В условиях постоянного давления со стороны Империи, как сможет юный король справиться с такими бедами? Претендентов на трон предостаточно: брат короля, герцог Глостер, и стоящий передо мной Генри Тюдор.

— Ждать смерти короля Эдварда – пустая трата времени, — произнес я. — Мы должны заставить лондонских дворян самих низложить короля и возвести на престол юного наследника. Нам незачем пачкать руки в крови.

— И при этом сохранить видимость законности, — кивнул Максимилиан. — Блестящий маневр.

Свержение короля – дело хлопотное даже для меня. Поэтому лучше доверить это аристократам: пусть сами низлагают монарха и ставят преемника. Груз ответственности распределится между ними.