Глава 567
Магриб – место невероятно запутанное. Кочевники и оседлые племена ведут здесь ожесточенную борьбу за территории. В последнее время влияние арабов ослабло, так как большую часть земель прибрали к рукам берберские династии.
Династия Хафсидов, веками правившая из Туниса, де-факто являлась гегемоном Магриба. В пору своего расцвета она подчинила династию Зайянидов в Алжире и династию Ваттасидов в Марокко.
Хафсиды покровительствовали ученым, включая Ибн Хальдуна, что привело к культурному расцвету; благоволили купцам, превратив Тунис в международный торговый порт; и стабилизировали власть, разделив полномочия между тремя визирями.
Однако с возвышением Османской империи и разрывом отношений с мамлюками конфликты участились. Ситуация усугубилась набегами бедуинов из Ближнего Востока, из-за чего мощь Хафсидов начала постепенно угасать.
К тому же халиф Осман бин Мухаммад, некогда прославленный как мудрый и великодушный правитель, в последнее время растерял уважение народа. Говорили, будто его подменили: он стал буйным, погряз в пьянстве и разврате.
В разгар этих неурядиц Хафсиды, пытаясь защитить давнего союзника в лице Гранады, мобилизовали вассальных Ваттасидов и Зайянидов для вторжения в Иберию. Но столкновение с князем-волком обернулось сокрушительным поражением.
— Ваше Высочество! Иноверцы отступают!
— Наконец-то Бизерта в наших руках.
Главнокомандующим объединенными силами Италии был Альфонсо, наследный принц Неаполя. Изначально Парламенто планировал назначить на этот пост Антона фон Хайзена, прибывшего в качестве графа Имолы, но тот ограничился лишь командованием кавалерией.
Альфонсо командовал уверенно. Он внедрил в союзные войска артиллерийскую доктрину Армии обороны Люксембурга, что позволило подавить противника мощным огнем. В итоге армия Хафсидов, оборонявшая город, не выдержала и отступила.
— Ту-ду-ду-ду-ду!
Орден Рыцарей Грифона под началом Антона тоже внес свою лепту: рыцари пронеслись по окрестностям Бизерты, перерезав пути снабжения и вынудив врага бежать. Город пал, и солдатам было позволено разграбить его.
Под влиянием князя-волка массовой резни мусульман удалось избежать, что вызвало недовольство итальянских солдат. Они жаждали мести пиратам, которые годами терроризировали берега Италии.
В результате начались масштабные облавы на пиратов и работорговцев. Все пойманные мусульмане были безжалостно расстреляны. Однако Антону это казалось лишь бессмысленной вымещением злобы.
— Глупцы. Действуя так, они лишь настроят против себя все население захваченных земель.
— Командор, может, стоит еще раз предупредить главнокомандующего Альфонсо?
— А ты думаешь, они послушают нас и остановятся?
Оставалось лишь радоваться, что не дошло до повальной резни. Впрочем, участь семей тех, кого казнили как пиратов, была незавидной: женщин отдали на растерзание солдатам, а детей угнали в рабство.
Даже если это иноверцы, так управлять оккупированными территориями нельзя. Но итальянцев, похоже, это не заботило. Грабежи под предлогом поиска пиратов продолжались еще долго.
— Визирь Асад, армия неверных захватила Бизерту!
Вести достигли Туниса.
Лицо визиря Асада помрачнело.
— Плохо дело. Что со стремлением паши Шубрамы?
— К счастью, он сумел благополучно отступить до Бургибы.
Хоть какая-то удача в череде бед – основные силы уцелели. Однако общее положение было скверным. Главной проблемой стала потеря господства на море: итальянский флот блокировал подступы к Тунису.
Для города, живущего торговлей, это был смертельный удар. Визирь Асад спешно созвал совет. Визирь Аль-Нура, отвечавший за внешние дела, и визирь Аль-Рамадан, курировавший внутреннюю политику, уже получили тревожные донесения.
— …Не стоило затевать этот безумный поход в Иберию.
— Как могли мы, простые визири, пойти против непреклонной воли халифа?
— Это всё из-за хаджиба! Этот негодяй погубил халифа!
Трое визирей были убеждены, что мудрого правителя развратил хаджиб неизвестного происхождения, который внезапно появился в совете год назад и втерся в доверие. За этот год он успел прибрать к рукам всё управление.
Кто мог противостоять власти человека, контролирующего армию? Несмотря на вторжение, халиф даже не помышлял о том, чтобы покинуть гарем. Единственной надеждой трех визирей оставался паша Шубрама.
Он был человеком исключительной твердости и открыто выступал против хаджиба. Но его сил не хватало, так как по непонятной причине на сторону хаджиба встали крупные военачальники региона Тунис.
Ходили слухи, что некоторые из них даже лично ездили в Танжер на встречу с князем-волком. Переговоры тогда провалились, и военачальники вроде бы враждебно настроились против князя, но и на сторону визирей они не встали.
— Мы больше не можем сидеть сложа руки. Нужно действовать первыми.
— Иного пути нет. Придется поднимать восстание самим.
— Аллах укажет нам путь. Иншаллах.
Власть у Хафсидов раскололась между хаджибом, советом визирей и военачальниками, погрузив страну в хаос. Несмотря на вторжение грозного врага, прозванного европейским волком, в стране не было и намека на единство.
То же самое происходило и у Зайянидов с Ваттасидами.
Хаджиб, узнав о шевелениях визирей, лишь криво усмехнулся.
— Осталось совсем недолго.
За его спиной Осман бин Мухаммад, окруженный полуодетыми девицами, прижимал к груди глиняную табличку. От мудрого и милосердного халифа, которого когда-то все почитали, не осталось и следа.
Теперь это была лишь пустая оболочка. Восстание визирей подавили быстро и буднично. Множество людей, включая троих визирей, были схвачены культистами и уведены в пустыню.
Больше их никто не видел.
Тем временем в северной части Марокко вовсю шла молниеносная война. После провала переговоров с эмирами князь-волк во главе Ордена Рыцарей Шторма и примкнувших кавалерийских отрядов мелких вождей обрушился на север страны.
Стратегия была проста: конница на высокой скорости прорывает уязвимые линии обороны и изолирует опорные пункты противника, после чего основные силы – Корпус Гранца и Иберийский корпус – занимают отрезанные крепости.
— Это безумие! Как можно заходить так глубоко, не зная местности?!
— Откуда у него такая уверенность в плане?