Глава 593

— О, Господи! Игорь, мы правда переходим эти горы смерти!

— Проклятье, неужели мы все здесь ляжем, растерзанные злыми духами Карпат?

Крестьяне, согнанные из Киевского княжества – вассальных земель Польши и Литвы, – с самого начала не имели ни малейшего желания сражаться. Из-за непосильных налогов и укрепления крепостничества число свободных людей в Киеве стремительно таяло.

К востоку от Днепра жизнь и вовсе превратилась в ад: там свирепствовали жестокие охотники за рабами из Крымского ханства. Вдобавок прошлая большая война оставила след – Великое княжество Московское разорило украинские пашни.

Лютая зима и голод косили людей тысячами. Случаи, когда живые ели мертвых, перестали быть редкостью. Карпаты были горами смерти, но в то же время они сулили надежду.

— Говорят, в Трансильвании никто не голодает. Может, притворимся, что воюем, а сами сбежим?

— Если там принимают таких дезертиров, как мы, я рвану туда не раздумывая!

Слухи о том, что славяне, рискнувшие жизнью ради перехода через хребет, осели в Трансильвании и были очарованы её изобилием, разошлись далеко за пределы гор. Говорили, что с каждым годом всё больше беженцев пускаются в этот путь.

Польский король Казимир IV вновь развязал большую войну, и киевских крестьян принудительно мобилизовали, погнав через суровые Карпаты. Могли ли эти голодные, измученные люди стать достойными воинами?

Киев превратился в пекло. Москва постоянно нарушала границы, а крымчаки уводили в рабство женщин и детей под корень. Обычные крестьяне, Игорь и Слав, мечтали лишь об одном – исчезнуть.

Вооруженное лишь ржавыми косами и цепами, киевское ополчение с трудом преодолевало хребет. Польские офицеры-дворяне подгоняли их плетьми, поторапливая изнурительный марш. Казалось, это не войско, а колонна рабов.

— Больше… больше не могу. Всё.

— Сдохнуть решил, червь?! А ну вставай!

Когда один из крестьян рухнул замертво, подоспевший командир принялся яростно стегать его плетью, но бедняга уже не шевелился. Дворянин сплюнул и отвернулся. Остальные провожали его полными ужаса взглядами.

Когда горы наконец остались позади, Игорь и Слав заметили, что многих их товарищей нет рядом. Хорошо, если сбежали, но увы – большинство просто не выдержало темпа марша.

Ради чего эта война?

Стоит ли Польша того, чтобы приносить себя в жертву?

Когда боевой дух ополчения упал до предела, у подножия гор их встретила трансильванская армия обороны, вооруженная ружьями и пушками. Старое крестьянское железо на их фоне выглядело жалко.

— В строй! Кому жизнь дорога, держать строй! Живо!

Под ударами польских плетей крестьяне кое-как выстроились в ряды. В отличие от Западной Европы, где войны не стихали, на украинских землях чаще случались набеги и грабежи, так что опыта регулярных сражений у них почти не было.

Игорь и Слав, дрожа от страха, оказались в первых рядах. Неизвестно, собирались ли польские командиры вообще побеждать, но всё это выглядело как отправка на бойню.

— Воины Киева! Вперёд!

— Да какие мы воины, мы пахари!

— Проклятье, здесь нам и конец!

Киевское ополчение нехотя двинулось вперёд. Истинной целью Польши была не Трансильвания, а вторжение в Богемию. Это сражение было лишь отвлекающим маневром, призванным сковать силы противника.

Поэтому необученных мужиков использовали как пушечное мясо. Жестокий расчет был прост: чем больше их погибнет и рассеется, тем труднее Трансильвании будет маневрировать.

Трансильванская же армия состояла из кадровых солдат, а не из ополченцев. К ним примкнули Корпус Шлиффена и Орден Волка, так что для киевских крестьян этот марш был дорогой в один конец.

Когда стрелки синхронно вскинули кремневые аркебузы, у Игоря и Слава подкосились ноги. Они не знали толком, что это за оружие, но мощь, исходившая от рядов противника, подавляла волю.

— Огонь!

— Та-та-та-тах!

Белесое облако порохового дыма вырвалось вперед, и ливень пуль обрушился на ополченцев. Игорь вскрикнул, увидев, как соседа по ряду буквально отшвырнуло назад в брызгах крови.

— А-а-а! Пощадите!

— Не хочу умирать! Бежим!

Одного залпа хватило, чтобы строй рассыпался. Польские командиры пытались остановить бегущих мечами, но было поздно. Поняв, что ситуация вышла из-под контроля, дворяне и сами поспешили ретироваться.

Несмотря на позорный разгром, их цель была отчасти достигнута, и они умело выходили из боя. Однако они не заметили пристального взгляда «волков», следивших за каждым их движением.

Игорь и Слав бежали как безумные, не смея оглянуться. Трансильванская кавалерия и пехота, словно демоны, настигали и рубили отступающих.

В этот момент Игорь споткнулся о камень и повалился на землю.

Слав попытался помочь другу подняться, но вражеская пехота уже была рядом.

— Сдаемся! Сдаемся! Не убивайте нас!

— Хм? Выговор Кировоградщины. Этих не трогать.

Благодаря трансильванскому офицеру Игорь и Слав сохранили жизни. Ошеломленные, они благодарили Господа за спасение и во все глаза смотрели на своего спасителя.