Глава 649

С назначением виконта Гензеля фон Ардена губернатором континента Штрайт экспедиция Арденн была официально распущена. Это означало, что эпоха государственных исследований подошла к концу, уступив место частной инициативе.

Теперь частные отряды нанимали в основном торговцы, желавшие основать новые поселения. Настоящим трендом стало изучение карты континента Штрайт, поиск приглянувшегося клочка земли и строительство там колонии.

Позже такие поселения выгодно перепродавали правительству. Если же место обладало уникальным географическим положением, вместо разовой прибыли дельцы требовали исключительных торговых прав.

Когда в игру вступили пять великих домов (Бензенберг, Фуггер, Ротшильд, Вайз и Беринг) и началось полномасштабное освоение земель, французская королевская семья, получив разрешение у князя-волка, приступила к возведению Нувель-Пари (Вашингтон).

В районе Майами римский король Максимилиан с великим рвением обустраивал Ной-Гент. Страны Иберии тоже были готовы включиться в гонку, но «Каталонский шок» заставил их оставить эти планы.

С другой стороны, государства итальянского Парламенто предпочитали Африку континенту Штрайт. В частности, Генуэзская республика, верная своему духу первопроходцев, вовсю основывала поселения в разных уголках Африканского материка.

Так началась эра частной колонизации и великих открытий.

Герис фон Александер, бывший заместитель командира экспедиции Арденн, пользовавшийся поддержкой дома Фуггеров, высадился на побережье современного Канкуна. Его целью было исследование выступающего полуострова, ближайшего к острову Адольфа (Куба).

Едва сойдя на берег, участники отряда замерли, пораженные удушающим зноем.

— Господи, здесь же куда жарче, чем на Острове Адольфа!

— Послушай, командир. Ты уверен, что это какао действительно здесь растет?

— Наша задача как раз в том и состоит, чтобы его отыскать.

— Проклятье, я сейчас просто сварюсь заживо в этом пекле.

Кустарники стояли такой плотной стеной, что было неясно, как вообще продираться сквозь эти заросли. Тем не менее на побережье разбили лагерь. Именно ради какао Александер и его люди проделали этот путь.

Узнав от карибов и араваков, что полуостров является основным местом произрастания ценных плодов, дом Фуггеров отправил экспедицию для изучения дикорастущих деревьев и закладки первых плантаций.

— Командир, это земля, полная зловещей смерти.

Среди участников отряда были и карибы. Сейчас многие из них нанимались проводниками, и их знания были бесценны. Один из них, Боэсио, истово перекрестился.

Он принял новую веру и стал благочестивым христианином. Как и он, многие карибы обратились в христианство – во многом благодаря усилиям миссионеров, но прежде всего – трудам лингвистов.

Изучая верования туземцев, проповедники обнаружили, что у карибов и соседних племен всё еще живы обычаи человеческих жертвоприношений. Тогда они начали наставлять их через догмат о Евхаристии.

«Иисус проливает за нас кровь и отдает свою плоть каждый день, поэтому солнце никогда не остановится. Он стал вечной жертвой за всех людей, и более нет нужды приносить в дар человека или зверя. Нужно лишь возносить Господу благодарность».

Узнав, что солнце взойдет и без кровавых жертв, карибы сочли учение о причастии идеально подходящим под их мировоззрение. Почти девять десятых населения приняли крещение.

Миссионеры ликовали, считая, что потомки Царя-священника вернулись к истинной вере. С исчезновением религиозных преград стена между коренными жителями и переселенцами начала рушиться. Со временем они неизбежно ассимилируются.

Однако на восточных островах (Малых Антильских) жили воинственные карибы-каннибалы. На протяжении десятилетий они вели кровопролитные войны с племенем Боэсио, похищая их женщин.

Их тоже пытались наставить на путь истинный, но, к несчастью, фанатичные проповедники закончили свой путь в котлах людоедов, приняв мученическую смерть. В итоге Гензель отдал приказ о карательном походе, задействовав триста пехотинцев, сотню всадников и двенадцать пушек.

Множество деревень каннибалов на побережье было стерто с лица земли, а пленницы из племен карибов и араваков спасены. Пятая часть людоедов погибла, остальные разбежались по джунглям.

Карательный отряд, не планировавший захватывать острова, ушел. Несколько лет восточный архипелаг пребывал в запустении, пока эра частного освоения не заставила людей вновь обратить на него взор.

— Значит, это земля племен майя, приносящих людей в жертву? Подумаешь. Небось, обычные голодранцы.

— Сами эти джунгли – обитель смерти, — возразил Боэсио. — По преданиям араваков, бог Чак разгневался и перестал даровать дождь, из-за чего народ майя не избежал гибели. Это случилось очень давно.

Боэсио прекрасно владел немецким языком. Своим важным положением в экспедиции он был обязан именно таланту переводчика. К тому же он свободно говорил на языке майя.

— Вот как? Хм… Кстати, а ты чего не копаешь?

— Копать землю – удел рабов. А я знатный человек.

— Да что ты несешь! Один ты тут, что ли, благородный? Я тоже из дворян, — возмутился один из соратников.

Боэсио проворчал что-то под нос, но за лопату взялся. На Острове Валентина он принадлежал к касте воинов и занимал пятое место в иерархии знати. У него была младшая сестра по имени Анакаона.

В экспедицию он нанялся ради хорошего заработка. Карибы оказались весьма трудолюбивы и не питали страха перед неизведанным, поэтому их культура постепенно сливалась с европейской.

Этот необычный процесс подстегивался синергией навыков семьи Штрайт: черты «Гармония» (снижение настороженности чужаков) и «Последний конкистадор» (шанс обращения иноверцев, рост поселений и эффективность разведки +200%). Также помогали титулы «Защитник христианства» и «Страж Рима».

Вскоре отряд возвел опорный пункт, назвав это место Ульрих в честь главы дома Фуггеров – Ульриха Фуггера. Люди начали разведывать окрестности, изучая рельеф.

Спустя несколько дней появился торговец, предположительно из народа майя, в сопровождении воинов и рабов. Разведчики взялись за оружие и пошли на контакт. Когда Боэсио заговорил, чужак явно удивился.

— Впервые вижу человека из племени араваков, который знает язык майя.

— Я из племени карибов, одной из ветвей араваков, — ответил Боэсио. — Мы разделены на многие племена, как и вы. По воле Господа мы жили на островах Арденнского моря.