Глава 688

Венгерский Ворон, гигант по имени Матьяш Хуньяди, был живым щитом, преграждавшим османам путь в Европу. В подлинной истории после его смерти Венгрия пала под натиском Османа.

Местные дворяне тогда притащили на трон польского принца, с треском провалили всё управление и допустили раздел земель между Священной Римской империей и османами. В итоге Венгрия оказалась под чужим владычеством на долгие столетия.

Однако теперь Матьяш официально объявил, что передает короны Венгрии, Богемии и Хорватии Адольфу. И никто не посмеет помешать наследнику занять трон.

А если посмеют? Что ж, придется напомнить, кто я такой. За те несколько лет, что я отсутствовал, в Европе развелось слишком много тех, кто обо мне подзабыл. Самое время их приструнить.

— Это рыцари восьмого набора, только что вступившие в орден, — с плутовской усмешкой представил пополнение Вальтер, вице-магистр Ордена Рыцарей Льва.

Среди новичков были отпрыски графских и виконтских родов, затесался даже один сын маркиза. Но какой бы знатной ни была кровь, новобранец остается новобранцем.

Попробуй он заважничать, кичась титулом – и старослужащие быстро выбьют из него спесь. Вздумает давить авторитетом семьи? Тогда главе рода предстоит личная «аудиенция» со мной – со всеми вытекающими последствиями в виде жажды крови и невыносимого давления.

Памятуя о том, как из-за нескольких выскочек в прошлом гибли целые дома, аристократы теперь крайне ревностно следили за воспитанием и дисциплиной своих сородичей, отправляемых в Орден Рыцарей Льва.

Но, несмотря на все риски, конкурс на вступление оставался запредельным.

— Поздравляю с зачислением в Орден Рыцарей Льва, — произнес я.

— Б-благодарю! Ваше Высочество!

— О-огромная честь служить вместе с вами!

Молодые рыцари смотрели на меня с благоговением. Некоторые от волнения одеревенели и стояли ни живы ни мертвы. Наверняка Вальтер успел наплести им каких-нибудь небылиц, прежде чем привести ко мне.

— Если вы запечатлеете в сердцах честь и отвагу, то станете достойными рыцарями. Не почивайте на лаврах, неустанно тренируйтесь и владейте собой. Только так обретают истинную силу.

— Если я буду так тренироваться, смогу ли я стать таким же сильным, как Ваше Высочество?

— Это вряд ли. Но уж посильнее вон того вечно лыбящегося Вальтера за моей спиной точно станете.

— Кха-ха-ха! Ваше Высочество! Я этим желторотикам еще не проиграю! — Расхохотался вице-магистр.

Когда взгляды новичков обратились к нему, Вальтер принялся играть буграми мышц и принимать эффектные позы, словно вызывая их на бой. Юноши лишь поспешно отвернулись, качая головами.

Через несколько дней во главе трехтысячного корпуса Ордена Рыцарей Льва я выступил в Австрию. Венгрия лежала совсем рядом, так что я решил по пути навестить Императора. Говорили, его здоровье в последнее время стремительно ухудшалось.

Время шло, и люди, которых я знал, один за другим уходили в мир иной. Императору исполнилось семьдесят семь – возраст, когда смерть может прийти в любой миг. Возможно, эта аудиенция станет последней.

— Давно не виделись, Ваше Высочество.

— Как поживаете, военный министр?

Старость не пощадила и Карлуса. Приблизившись к порогу шестидесятилетия, он стал мягче характером, хотя его склонность к глубоким заговорам никуда не делась.

После смерти Конрата Альбрехт, его брат, ставший курфюрстом Баварии, одно время угрожал положению Карлуса. Однако в Франконии вспыхнуло восстание, и Бавария погрузилась в пучину междоусобиц.

Этот бунт был плодом совместных усилий Карлуса и Бодо. Конрату удавалось удерживать Франконию и Баварию в хрупком единстве, но с его кончиной искры недовольства превратились в пожар.

В итоге при посредничестве Императора Бавария сохранила контроль над регионом, но была вынуждена даровать графу Франконии автономию, граничащую с независимостью. Впрочем, до окончательного мира было еще далеко.

— Ворон наконец испустил дух, и вы направляетесь на восток, чтобы прибраться там?

— Адольф сейчас занят осадой Москвы, так что разгребать дела приходится мне, бездельнику.

Слово «бездельник» так позабавило Карлуса, что он долго смеялся. Сопровождающие смотрели на него с изумлением – похоже, они впервые видели своего министра в таком расположении духа. Вообще-то он человек веселый. Правда, веселье его обычно не сулит ничего доброго.

— Вы ведь знаете? Слухи о том, что Ваше Высочество движется на восток, распространились повсюду.

— Видимо, не только военный министр неусыпно следит за моими перемещениями.

— Любой сейчас ловит каждое ваше движение. И крысы, и птицы – все следят.

Слова звучали многозначительно, но в них не было ничего нового.

Разумеется, за мной наблюдают. Убийцы и шпионы враждебных фракций не смеют действовать открыто, но через прессу или торговцев информацию добыть несложно.

— Полагаю, больше всего это занимает знать Унгарна.

— Ха-ха-ха! Эти господа всем сердцем надеются, что вы там не появитесь.

— Тем больше у меня причин нанести визит. С интересом посмотрю на их лица.

Наверняка сейчас меньше всего моему появлению рады венгерские дворяне и Баязид. Когда я явлюсь в Буду и потребую передать мне право регентства, у них не останется иного выбора, кроме как подчиниться.

Матьяш сам назначил зятя, Адольфа, своим преемником. Передача трона мужу дочери – дело в истории не редкое. К тому же сам дом Хуньяди изначально был не королевской, а генеральской семьей.