Глава 140.
Глава 140.
***
Результат от использования мыслеформы был просто поразительным.
Маркиз Гиннес, ранее упорно настаивавший на своей невиновности, перестал отрицать всё в тот же момент, как маленькое существо вошло его тело.
Потеряв свою волю, он стал правдиво отвечать на любые вопросы, какие ему задавали.
За исключением лишь одного.
— Где сейчас находится Далия?
— …….
Не получив ответа, Джульетта попробовала изменить подход и спросила, где и как он познакомился с Далей, кто она такая и так далее.
Однако эти вопросы в конце концов спровоцировали у маркиза сильнейший припадок.
— Вероятно, что-то блокирует его воспоминания.
Во время допроса маркиза так же присутствовал Этелид, волшебник из гильдии «Мэриголд».
— Думаю, кто-то умышленно покопался в его памяти. Такое очень редко можно встретить, потому что ментальная манипуляция — очень опасная и сложная техника. — С серьезным лицом пояснил Этелид.
— ……
Джульетта не стала говорить, что всего несколько дней назад маркиз Гиннес еще помнил имя Далии.
Она и сама уже кое-что смогла понять.
Точно так же, как Долорес забыла о Далии, маркиз теперь тоже ничего о ней не помнил.
— Как странно. Проклятие полнолуния — очень мощное древнее колдовство, и то, что он не может что-то вспомнить, кажется просто абсурдным. Если кто-то действительно влез в воспоминания маркиза, тогда получается, что это колдовство гораздо более мощное, чем проклятие полнолуния.
В глазах Этелида вспыхнуло любопытство.
— Далия… Если подумать, то я уже слышал это имя раньше.
— Так есть.
Джульетта усмехнулась.
Этелид был вместе с ней, когда она спрашивала Долорес, знает ли она Далию, и отсутствие воспоминаний маркиза, напомнило ему о том, что тоже самое произошло и в тот раз.
— Так кто, черт возьми, такая эта Далия?
— …Это молодая женщина. — Сказала Джульетта, понемногу приводя в порядок свои мысли.
Честно говоря, теперь она все больше понимала, что на удивление мало что знала о Далии.
— Хотя она еще не встречалась со мной, но почему-то мне кажется, что она знает меня.
Этелид нахмурился при этом неопределенном замечании.
— Может она волшебница?
— Вполне возможно. – С серьезным видом кивнула Джульетта.
Эта теория уже не казалась такой уж маловероятной.
Как предположил Этелид, она действительно могла быть волшебницей, причем достаточно сильной, чтобы превзойти мощное древнее проклятие, учитывая, что маркиз под воздействием мыслеформы ничего не вспомнил о ней.
Тем не менее теория о том, что Далия — волшебница, пока не имела никакого подтверждения, ясно было только то, что она обладает способностью искажать и стирать память человека по своему усмотрению.
Джульетта думала, что проблема с Далией решится сама собой, как только будет найдена семейная реликвия герцога.
«Неужели она сдалась и просто сбежала, потому что маркиза схватили?»
Однако, несмотря на то, что Леннокс смог вернуть реликвию, вопрос с Далией был далек от решения, не говоря уже о том, что её личность становилась все более расплывчатой.
То воспоминание Джульетты, в котором Далия была дочерью супругов Френсон, скорее всего, было ошибочным или вообще измененным, и теперь она всерьез задавалась вопросом, существовала ли эта девушка на самом деле.
— Так, что вы планируете делать дальше?
— Дальше? Хм…
Настолько далеко её мысли еще не простирались.
— Сейчас вам уже известно, что существует не только одна реликвия.
— Вы говорите о реликвии, способной призывать желтую змею? – С неловким выражением лица уточнила Джульетта.
О желтой змее она услышала от сопровождавшего её в столицу рыцаря, бывшего наемника, с которым она познакомилась несколько дней назад.
Джером рассказывал, что в тем времена, когда был наемником, у него был товарищ, который мог призывать демона — гигантскую змею. И по поведению этот демон был очень похож на бабочек Джульетты.
— Это только то, что я слышала. Я не слишком уверена в достоверности всей этой истории.
— И все же это является подтверждением тому, что ваш ключ не единственная реликвия, способная вызвать демона.
Что правда, то правда. Рой тоже раньше говорил ей об этом.
Среди реликвий, способных призвать опасных существ из иного мира, остался известным только её ключ, называвшийся Подснежником.
— Другими словами, в мире есть еще неизвестные нам реликвии.