Глава 113 — В Фодерис

Каэтия отступила глубже, под защиту крыла Аперио, надеясь скрыть румянец, что начал заливать её щеки и кончики ушей. Она хотела сказать что-то ещё, но сейчас было не время – и уж точно не место.

Всематерь заметила её смятение; она плотнее обернула крыло вокруг Каэтии и приобняла её. Эльфийка понимала, что Аперио лишь хочет её утешить, но в данный момент это возымело обратный эффект.

И всё же она прильнула к Богине, позволяя ей держать себя. Каэтия не решилась зайти так далеко, как ей хотелось бы, но Аперио наверняка усомнилась бы в искренности её признания, прозвучи оно прямо сейчас. И всё же эльфийка сумела высказаться в надежде быть услышанной, и за это она была собой горда.

— Каэтия? — Спросила Всематерь. Тонкая струйка её магии пробежала по телу девушки.

Аперио пристально смотрела на неё. Замысловатый узор из синих линий и крапинок, испещрявший её радужку, менялся при каждом моргании Каэтии.

— Думаю, ей есть что сказать, но ты к этому пока не совсем готова, — подала голос Майя. Она сидела на траве в нескольких шагах от них.

Аперио проигнорировала Богиню Магии, не отрывая взгляда от Каэтии. Эльфийка чувствовала, как внимание Всематери давит на неё. Это не было похоже на ту приливную волну, что когда-то грозила раздавить её; скорее – обещание крепких объятий, приносящих лишь покой.

— Тебе не нужно молчать, если хочешь что-то сказать, — произнесла Всематерь, коснувшись рукой щеки Каэтии – точно так же, как совсем недавно сделала сама эльфийка.

Каэтия едва заметно кивнула в ответ.

— Я скажу, когда буду готова, — она чуть сильнее навалилась на крыло Аперио. — А пока найти Морию важнее.

Аперио еще мгновение задержала на ней взгляд, а затем коротко кивнула. Несколько прядей волос упали ей на лицо, затенив вечно меняющиеся глаза.

— Как пожелаешь.

Вместе со словами пришла мысль, полная тревоги и неуверенности Всематери. Аперио также передала немой вопрос, на который Каэтия охотно ответила согласием.

Богиня без усилий усадила её к себе на колени, так что Каэтия прислонилась спиной к её груди. Мгновение спустя Аперио обхватила её руками и крыльями, прижимая к себе чуть крепче.

Майя улыбнулась им, хотя поспешно отвела взгляд, когда Каэтия ощутила краткую вспышку гнева в ауре Всематери. В ответ эльфийка положила свои ладони на руки Аперио, стараясь через собственную ауру передать чувство спокойствия.

— Где же нам тогда стоит искать Морию в первую очередь? — Спросила Всематерь. Напряжение в её теле немного спало, и она откинулась на Корни.

— Могу я предложить Фодерис? — Майя опустила записную книжку. — Предковая Гвардия – ваш лучший шанс раздобыть информацию, если только вы не планируете осмотреть каждый клочок Верениера разом.

Всематерь склонила голову набок. Каэтия почувствовала это движение через ауру и по легкому щекотанию серебристо-синих волос у своего лица. «Неужели она и вправду обдумывает это?»

— Ты хотя бы знаешь, что искать? — Спросила Каэтия. — Мне кажется, расспросить Предковую Гвардию было бы хорошим началом.

— Я помню, какой была душа Мории при нашей последней встрече, — заговорила Аперио после паузы. — Но это было… давным-давно, и мне пришлось бы отказаться от своего облика, чтобы вести поиски таким методом.

Майя кивнула.

— И ты предпочла бы не рисковать, оставшись бестелесной без Каэтии, пока разбираешься, как создать новую оболочку, способную тебя вместить.

— Да, — ответила Аперио. — Есть и другие причины, но эта главная. Я не уверена, смогу ли достаточно быстро укрепить своё тело, чтобы вернуться в него после того, как найду Морию.

Неуверенность, которую Каэтия ощущала в ауре Всематери, ясно давала понять: та и сама не была до конца убеждена, что сможет найти Морию таким способом. Однако связь, объединявшая её с Аперио, была пропитана не только этим. Там был еще и страх.

Эльфийка мало знала о том, что довелось пережить Аперио во времена её рабства, но было предельно очевидно – сама мысль о потере тела приводила Всематерь в ужас. Каэтия лишь гадала о причинах столь сильного испуга своей Богини. Было ли это привязанностью к нынешней физической форме и нежеланием терять текущую «оболочку», как выразилась Майя? Или же – мелькнула мысль, когда её прижали к себе на долю секунды крепче, – Богиня боялась, что утрата телесности может навредить их близости?