Глава 9. Близнецы

Глава 9.

Близнецы

Тоненький голосок, слабый и наполненный мучением, пронзил окружавшее его море маны. Сдобренные печалью и горем слова зазвучали в глубинах его сознания. 

Мгновенно остановившись, Кайдус перевел взгляд с того места, где исчезала маленькая кошка, на полосу деревьев. Похоже, голос исходил оттуда. Он чувствовал, как два едва различимых источника маны растворяются в его собственном. Простые, но четкие и чрезвычайно плотные, они были чем-то, чего он не чувствовал с былых времен.

Мысленным приказом он мгновенно прекратил излияние силы. Сосредоточился и в его голову хлынули образы леса, в которых он увидел двух испуганный, маленьких фрей.

— Вы … Фрейи. Когда это слово выплыло из глубин его подсознания, губы юноши изогнулись в удивленной улыбке.

Он думал, после всего, что произошло, они навсегда спрячутся от мира, но, похоже, это было не так. То, что он наткнулся на них в Мальпааре, бывшем Мальпосе, сердце исследований Фрей, показывало, как сильно изменился мир.

Он бросился к деревьям, где можно было ощутить два слабеющих присутствия…

На низко свисающей ветке одного из цветущих деревьев он без труда разглядел фигурки двух крошечных гуманоидов размером с его палец. 

Их тела были окутаны тонким покровом маны. Кожа в цвете могла посоперничать с заходящим солнцем. Судя по лицам, эти двое были довольно молодыми. Из середины их лбов торчали маленькие красные рожки и темно-зеленые волосы. Глаза были черными, словно смоль. 

Лежа рядышком, обе тяжело дышали. Одна, кажется, пребывала в состоянии шока. Другая, та что была в сознании, мучительно хватала ртом воздух.

Его глаза расширились, когда он понял, что эти двое были близнецами, рождение которых древние Фрейи всегда с размахом праздновали, считая их предвестниками удачи. Когда он в странном возбуждении протянул к ним руку, та, что была в сознании, резко отшатнулась.

«Ты убиваешь мою сестру! — когда в его мыслях вновь зазвучал тихий голосок, он одернул руку. Слишком большое отчаяние исходило от этого маленького существа.

— Что вы двое здесь делаете? — спросил он, отступив.

Молодая Фрейя не ответила. Вместо этого она продолжила трястись, держась за свою потерявшую сознание сестру.

— Вы потерялись и не можете найти дорогу в Трасевенсай? — спросил он, вспомнив о свернутом мире, скрытом между тенями Ловиса и Лагуса.

В ответ на его вопрос глаза молодой Фрейи широко распахнулись. Она была настолько шокирована, что ее губы начали мелко подрагивать.

— Хм… — видя ее испуг и состояние ее сестры, он снова протянул руку, на этот раз не колеблясь, даже когда молодая Фрейя отпрянула еще дальше. Двумя пальцами коснувшись обеих девушек, он влил в них свою ману.

***

Тепло, которого она никогда раньше не ощущала, разлилось по всему ее телу. Яростное, но наполненное заботой, оно опалило ее изнутри, затвердевая, как часть ее самой, оседая в самых глубинах ее естества.  

Открыв свой разум неведомому ощущению, она почти почувствовала стабильность Династерии, самого Дерева Чудес. Подобно толстым корням, он укреплял ее изнутри, перековывая ее разум и тело.

По мере того, как она впитывала в себя неизвестное тепло, принимая его в себя, ей начали открываться фрагменты его памяти. Обрывки потерянного в веках времени. Видения жизни, погребенной в печали и сожалении. Бессмертной ненависти и любви, такой глубокой, что она не могла игнорировать эти эмоции. 

Искореженная и скрюченная в пустоте, но не сломленная, она увидела путь войны, по которому прошло это неведомое существо. Он нес тяжкое бремя, пряча его за смехом и безмерной гордостью. Она чувствовала то же одиночество, что и он.

Страх и множество жертв — его воспоминания всегда двигались к единственной цели. Даже когда против него восстал весь мир, он продолжал бороться до самого конца.

Потом начался кошмар. Бесчисленные смерти, наполненные страданиями.

Пьяная в его страшных объятиях, она почувствовала, как из глаз хлынули слезы.

— Что ты сделал?! Что ты сделал с моей сестрой?! – донесся до них испуганный голос. 

Обезумевший голос Эламары зазвенел в ее ушах, когда тепло отступило, оставив пустоту в глубине ее сердца.

— Ты делаешь ей больно! Ты ее убиваешь! Верни ее! — голос Элы продолжал звучать громко, хотя ее тон был отстраненным и переполненным страхом. 

Чувствуя, как возвращаются ее собственные чувства, Уламара неуверенно позвала:

— Э-Эла? — она медленно открыла глаза. Ее сестра, тем временем, продолжала кричать.

— Эла?! — вскрикнула она, увидев, что ветки, на которой она стояла, больше нет. Вместо этого она лежала на большой раскрытой ладони, а ее сестры нигде не было видно. 

Перед ней маячило лицо, очень отличающееся от того, которое она видела в своем видении. Молодой, угловатый подросток. Вместо серебра — два темных пронзительных глаза и копна густых черных волос.

Он с интересом за ней наблюдал. Все еще пребывая в шоке, она замерла, когда их глаза встретились. В это мгновение она поняла, что эти двое один и тот же человек.

— Чувствуешь себя лучше? — он смотрел на нее с нежной улыбкой, говорил мягким и осторожным голосом, чтобы не напугать. 

Ба-бум

В ее груди запульсировала невыносимая боль, в следующее мгновение устремившаяся наружу.

Ба-бам.

Прижав к груди руку, она безмолвно уставилась на нависшее над нею лицо. Сила воли, которая ему, должно быть, понадобилась, чтобы выдержать такую агонию, была чем-то, о чем она никогда не могла мечтать.

— Угх… Гх…Уаааааа!