Март. Задачи.

Рон проследил взглядом, как Драко водрузил свой тренировочный манекен на шест с гораздо большей силой, чем требовалось. У другой команды было задание спасти этот манекен за определённое время, и они с Драко потеряют много очков, если собственноручно уничтожат мишень ещё до того, как прибудет другая команда. Рон слышал краем уха, что если случайно попасть заклинанием в свой манекен вместо противника, то боль от удара полностью отразится на тебе. Он не был уверен, правда ли это, но Малфой, кажется, не испытывал никаких неудобств, с силой привязывая их мишень к шесту. Им обоим стоило быть внимательнее. Другая команда ещё не добралась до них, поэтому они подготавливали для них ловушки.

— Что-то случилось, Малфой? Выглядишь, как будто сам хочешь добить этот манекен.

— Поверь мне, Уизли, ты ничем не сможешь помочь.

Прошлой ночью всё прошло хорошо, учитывая то, что у них не было совсем никакого плана. Они понятия не имели, как подступиться к Баттербуру, поэтому не смогли придумать хоть что-то стоящее. А сама Грейнджер вообще чудила весь вечер. Сначала, казалось, она вообще не хотела касаться его и даже смотреть в его сторону, но потом как будто забыла об этом и держала его за руку, но выглядела закрытой и отстранённой… и держалась чуть дальше, чем это было необходимо. А когда они вернулись домой, она вообще ушла в себя. Драко накинул проклятие на куст в десяти футах от их места. Теперь если кто-нибудь подойдёт хотя бы на фут к этому кусту… он завязнет там очень надолго.

Рон закатил глаза и огляделся по сторонам, пытаясь найти хоть какие-то признаки другой команды.

— Мы учимся по одной и той же программе подготовки авроров, оба обязаны подчиниться идиотскому приказу Министерства, и ты живёшь с моей бывшей девушкой. Да, я уверен, что я вообще не в силах понять тебя.

Драко нахмурился. В целом, Уизел был прав. Но даже если так… почему он хочет помочь? Тут какой-то подвох. Ну… если так, то и Мерлин с ним.

— Гермиона когда-нибудь сводила тебя с ума?

Рон громко расхохотался, подавившись на середине заклинания для ловушки, которую он пытался создать. Они только недавно научились прикреплять проклятия к окружающим их предметам, а не стрелять ими напрямую в человека. Но, увы, это не работало со всеми заклинаниями… Моуди не потрудился объяснить им, с какими так сделать не выйдет, и отправил их разбираться на практике.

— Постоянно. В последнее время не так часто, потому что мы редко видимся, но… когда мы встречались? Мы ссорились каждую вторую неделю. А в Хогвартсе она сводила меня с ума ежедневно. Сомневаюсь, что я когда-нибудь смогу до конца понять её.

— Это обнадёживает, — проворчал Драко, вымещая своё раздражение на маргаритке, которая опрометчиво вылезла из-под земли. Он махнул палочкой, одним движением руки взорвав её. Кто вообще додумался посадить маргаритку посреди тренировочной площадки авроров?

— Что она натворила? Читала тебе лекцию о грязной посуде? О стирке? Ты слишком громко жевал?

— Нет, Уизли, некоторые из нас и так обладают хорошими манерами и в состоянии убирать за собой, — Малфой замялся. Он едва ли хотел обсуждать это с Уизли. Он мог бы рассказать ему, что влюблён в Гермиону, если бы она чувствовала то же самое. А так он не собирался разбалтывать о своих чувствах кому попало направо и налево. Почему с Гермионой так трудно? — Она просто стала какой-то… отстранённой в последние дни.

— Ты не в духе, потому что она стала «отстранённой»? Мы с ней могли не разговаривать целыми днями. — Да, за последние годы у них с Гермионой случалось множество ссор, и они могли затягиваться даже на недели.

— У нас такого нет. Мы, представь себе, садимся и разговариваем как цивилизованные люди. Забудь, тебе этого не понять.

Рон глубоко вздохнул. Он не мог поверить, что собирается дать какой-то совет в этом деле Малфою! Но вдруг слова, вот-вот готовые сорваться с губ, совсем поменяли свой смысл:

— Пригнись!

Повинуясь инстинкту, Драко нырнул на землю, высматривая опасность. Он сразу заметил то, что привлекло внимание Уизли. Члены другой команды были уже в двадцати ярдах от их точки, и кто-то из них выпустил неприятное заклинание, которое только что раскололо часть стены позади них.

Какое-то время они были слишком поглощены пылом битвы, чтобы вернуться к разговору. Никто из противников так и не смог подобраться близко к кусту, чтобы проверить на себе новую ловушку, но зато чары преграды сработали великолепно. Драко выстрелил в Бута заклинанием ватных ног и зарычал, когда промахнулся. Бут стал умнее и постоянно обновлял на себе какую-то защиту. Он был уже довольно близко, но Драко никак не мог пробить его никакими атакующими заклинаниями. Если он подберётся ещё ближе, Малфою придётся бросить палочку и напасть на него с голыми руками. Пока он был занят, Боунс, накинув на себя дезиллюминационные чары, отделилась от группы и попыталась зайти с тыла. Рон едва ли не пропустил шорох её ботинок по гравию и быстро обернулся, оглушая девушку. Резко выдохнув, он подумал: было ли это банальной удачей или уже опытом?

К концу боя Драко и Рон — каждый — пропустили как минимум по одному удару, но зато четверо их противников оказались повержены. Партнёры обменялись улыбками. Они были не слишком потрёпанные и сумели сделать их два к четырём.

А через секунду мощно приложились лицами о землю.

— Постоянная бдительность! — заорал Грюм.

Но только это был не Моуди.

Через секунду перед ними предстала Нимфадора Тонкс. Она покачала головой.

— Банальное заклятие подножки. Вы должны были поддерживать защиту. Никогда не расслабляйтесь и не думайте, что победили всех своих врагов. Никогда не знаете, кто может появиться в следующий миг.

Она неторопливо отвязала мишень от стойки, перекинула её через плечо и удалилась, весело им улыбнувшись.

Рон застонал, пытаясь перевернуться. Теперь всё тело будет ныть от такого сильного удара о землю.

— Иногда мне кажется, что она ещё хуже Моуди. Тонкс хороший человек, и всё такое… но, Мерлинова борода, все эти её штучки!

Драко кивнул, всё ещё задыхаясь. Он поднял глаза, увидев голубые искры в небе. Это означало, что тренировка официально завершена.

Рон приподнялся на локтях, до сих пор лёжа на животе. У него не имелось ни малейшего желания вставать. Это было слишком больно.

— Насчёт Гермионы. Она без ума от тебя. Просто дай ей немного времени, извинись перед ней, даже если тебе кажется, что ты ничего не делал… и всё будет хорошо. И запомни! Я не могу встать прямо сейчас, но, если ты когда-нибудь причинишь ей боль, клянусь, я натравлю всё семейство Уизли против тебя.

Драко уставился на напарника. Или, скорее, на его рыжую макушку, потому что это было всё, что он мог разглядеть, буквально размазанный по земле. Боунс всё ещё лежала оглушённая в нескольких футах от них, и никто не мог расслышать их тихие голоса. Уизел думал, что Малфой нравится Гермионе?

— Уизли?

— Не заставляй меня повторять это снова. У вас всё будет в порядке. И да, если ты сделаешь что-то не так, то пожалеешь, что выполз из своих слизеринских подземелий, — на этот раз его голос звучал раздражённо.

Голос Грюма, усиленный «Сонорусом», разнёсся по всей округе:

— Если кто-то продолжает думать своей задницей, а не головой, объясняю, что нужно помочь раненым встать и добраться до базы. Если все не появятся здесь через пятнадцать минут, будете отжиматься до тех пор, пока действительно не сможете встать!

Драко с Роном сняли с себя чары ватных ног и быстро накинули друг на друга обезболивающие заклинания. Затем Рон отправился приводить в чувство Сьюзен, а Драко решил посмотреть, что можно сделать с Бутом и остальными. Когда все шестеро как можно скорее вернулись на базу, то увидели, что Тонкс в одиночку собрала почти все манекены. Читерша. Одной команде спасателей удалось на время вернуть свой манекен, но Нимфадора снова украла его у них. Ещё одной группе спасателей удалось сохранить свой манекен, но выглядели они откровенно помятыми. Неудивительно, что для всех групп Моуди назначил разное время старта. Этот старый засранец хотел, чтобы у Тонкс хватило времени удивить всех. О, и он снова начал толкать свои речи.

— Вы можете лучше. Все вы можете лучше. Ужасно. В следующий раз я хочу увидеть ловушки, которые хоть на секунду заставят меня задуматься и остановиться. А нападающие команды? У вас должна быть стратегия, болваны. Продумайте линию защиты, пока вы атакуете, иначе вас порубят на куски. Никогда не думайте, что если вы видите перед собой определённое количество противников, то где-то рядом не прячется кто-нибудь ещё, — он замолчал. Магический глаз бешено вращался, осматривая группу и проходясь по каждому оценивающим взглядом. — И теперь. Некоторые из вас просили выходной во вторник, чтобы они могли пойти в Министерство. Обычно я бы посоветовал вам даже не соваться в министерскую клоаку, а в особенности тратить своё время на слушание, на котором вы даже не будете давать показаний. Но поскольку это слушание касается лично многих из вас, я даю вам всем выходной на вторник. Не волнуйтесь, вы отработаете это позже, — на его лице появилась холодная ухмылка. — Все свободны.

Драко почувствовал лёгкое облегчение. По крайней мере, ему не придётся выпрашивать отгул на вторник. Моуди даже отпустил их на несколько минут раньше. Неслыханная щедрость. Все стали потихоньку разбредаться, направляясь к точке аппарации.

— Только не ты, Малфой. Останься.

Драко стиснул зубы, пытаясь сохранить спокойное выражение лица. Но он сильно сомневался, что ему это удалось.

— Да, сэр?

— Ты не попросил отгула на вторник. Какого чёрта ты это не сделал?

Драко ломал голову. Что Грозный Глаз хотел этим сказать? Он злился, что Малфой не попросил у него отгула? Едва ли это могло быть правдой.

— Я собирался попросить вас сегодня, сэр.

— Насколько я понимаю, во вторник слишком многое поставлено на карту. И ты — один из тех, кто оказывает на закон непосредственное влияние. Вы с Гермионой Грейнджер возглавляете оппозицию, не так ли?

Драко изо всех сил пытался не скрипеть зубами, но ему это не удалось.

— Это так.

Оба глаза Моуди пристально разглядывали Драко, будто пытаясь просканировать его насквозь.

— Тогда не подведи всех остальных придурков, которые на тебя рассчитывают. И в следующий раз, когда тебе понадобится выходной, чёрт возьми, попроси его. Я больше никогда не хочу видеть тебя здесь бледно-зелёного после очередной коробки Блевательных Батончиков. Я понятно объясняюсь?

— Более чем.

— Убирайся с моих глаз.

Драко с благодарностью подчинился, но на бег не перешёл, идя быстрым шагом. С удивлением он обнаружил, что народ всё ещё толпится около точки аппарации.

— Малфой, мы идём выпить в Дырявый Котёл. Хочешь с нами?

Драко на секунду задумался. После такого дня…

— Я подойду чуть позже. Зайду к Гермионе спросить, не хочет ли она присоединиться.

Когда все направились в бар или по домам, Малфой аппарировал в офис к гриффиндорке. Он быстрым шагом прошёл мимо стойки администратора, бросив на ходу:

— Гермиона у себя в кабинете?

Девушка кивнула и начала что-то говорить, но Драко уже прошёл мимо, постучав в дверь кабинета, и, услышав ответ, вошёл. Гермиона удивлённо подняла на него глаза.

— Драко? Не ожидала тебя здесь увидеть.

— Что ж, мне нравится делать тебе сюрпризы. Моуди отпустил нас сегодня пораньше. И даже согласился дать выходной во вторник. Все собираются в Дырявый Котёл. Пойдёшь со мной?

Гермиона окинула печальным взглядом стопку документов перед собой. Она уже давно доделала всё, что полагалось на сегодня, но хотела ещё поработать над делами, которые переложатся на понедельник и вторник. Так как её не будет на работе, они осядут мёртвым грузом ещё на долгое время, поэтому она пыталась сделать хоть что-то. Чем больше она успеет позаботиться о делах сейчас, тем меньше проблем её будет ожидать в среду.

— Я собиралась задержаться здесь подольше и попытаться успеть закончить дела.

Драко уселся на край её стола.

— У меня есть для тебя небольшая тайна, — он наклонился чуть ближе и прошептал: — Эти бумаги будут лежать здесь и в среду. Они никуда не сбегут.

Гермиона невольно усмехнулась, пытаясь проигнорировать тепло его дыхания на своём ухе, когда Малфой наклонился ближе.

— Разумеется, никуда не сбегут. Поэтому они все-то и будут моей проблемой в среду, когда я вернусь, — она подняла голову и наконец увидела грязь на одежде слизеринца и даже пятно на лице. — Что, тяжёлая тренировка?

— Почти как обычно. Ладно… может быть, чуть хуже, чем обычно.

Гермиона ещё раз со вздохом взглянула на стопку бумаг и убрала большинство из них в коробку с делами, а несколько всё же сунула в сумку. Возможно, она даже немного поработает в выходные, чтобы успокоить свою совесть.

— Пойдём, пока я не передумала.

Малфой громко фыркнул.

Через несколько минут, когда они смыли с его лица грязь и наложили несколько обезболивающих заклинаний, то аппарировали в Дырявый Котёл. Им потребовалось всего несколько секунд, чтобы привыкнуть к тусклому освещению паба и найти Бута, Уизли, Боунс и ещё нескольких человек, которые уже сидели за столиком. Друзья приветственно помахали им.

— Рада видеть тебя, Гермиона, — сказала Сьюзен, тепло улыбаясь.

— Мы уже целую вечность пытаемся уговорить Драко взять тебя с собой, но он всё время находит какие-то оправдания.

— Ну, вы же меня знаете. Я много работаю. Даже сейчас ему пришлось прийти и вытащить меня из офиса, — криво улыбнулась Грейнджер. Они тоже сели за столик, втиснув туда ещё дополнительные стулья.

Старик Том подошёл к ним, принял заказ у Драко с Гермионой и отправился выполнять его.

— Итак, Гермиона, чем занимаешься в последнее время? Ну, помимо Драко? — громко спросил Терри. Ведьма сбоку сильно толкнула его локтем, и Гермиона подозревала, что кто-то с другой стороны одновременно наступил ему на ногу. Он поморщился. — Помимо вашей совместной с ним работы?

— Он не в себе, — кивнула Сьюзен. Её глазами можно было разжечь огонь. — Извини. Терри накинул пару рюмок огневиски у бара ещё до того, как мы сели за столик. И иногда он совсем не знает, когда пора заткнуться. Я в курсе, что вы работаете над чем-то, что связано с Министерством. В каком отделе вы работаете?

Гермиона была всё ещё немного пунцовой от комментария Терри. Честно говоря, совсем не лучшее начало беседы. Она кинула короткий взгляд на Рона, который старательно смотрел в свою кружку.

— Я занимаюсь исследованиями и медициной. Мы изучаем взаимодействие зелий и заклинаний. Иногда люди приходят к нам напрямую, иногда кого-то присылают прямо из Святого Мунго, если подозревают, что это что-то по нашей части и человек находится в стабильном состоянии, — она потянулась к руке Драко под столом и с приятным удивлением обнаружила, что он тут же раскрыл ладонь, беря её за руку. Она очень надеялась, что не все вопросы будут такими же неудобными, как первый. — И ещё мы работаем над тем, чтобы этот дурацкий закон о браке отменили.

За столом многие начали кивать: здесь не только Рон и Драко попадали под действие закона.

— Моуди дал нам выходной во вторник. На твоей стороне будет большая поддержка, — заверила её Сьюзен.

— Моуди дал вам всем выходной во вторник? — удивлённо переспросила Гермиона. Драко не сказал, что Моуди настолько расщедрился. Девушка повернулась к нему, и ей показалось, что она заметила в его взгляде какую-то робость.

— Многие из нас пытались отпроситься на следующую неделю, и он решил, что это достойная причина… ну… да. Для нас это тоже стало сюрпризом.

Том вернулся с напитками для Драко и Гермионы, и за столом наконец-то завязалась непринуждённая беседа. Все старательно втягивали Гермиону в разговор, хотя по большей части обсуждались тренировки, и все беспрестанно жаловались на Грюма. Потихоньку ребята начали расходиться, пока за столиком не остались только Рон, Гермиона и Драко.

— Думаю, надо пойти домой и что-нибудь поесть, — сказал Рон, заметив, что они остались втроём. — Буду валяться все выходные после сегодняшней тренировки. Может быть, просто просплю до понедельника.

— Я собиралась приготовить что-нибудь на ужин. Не хочешь зайти к нам? — спросила Гермиона.

Рон колебался всего секунду, а потом покачал головой.

— Нет, я лучше пойду домой. Это был очень долгий день. Вам нужна от меня какая-то речь во вторник? Или мне просто нужно быть там?

Гермиона нахмурилась. Она ещё не обсуждала всю процедуру слушания с Драко, чтобы понять, как там всё структурировано.

— Я пока не уверена. Давай я чуть позже пришлю тебе сову и дам знать? — она встала и обняла друга. — Береги себя.

— Со мной всё будет в порядке, Гермиона. Рад был тебя видеть. До скорого, Малфой, — кивнул Рон, высвобождаясь из её объятий. Он встал и направился к выходу.

Гермиона проводила друга долгим взглядом. Она надеялась, что всё пройдёт хорошо. Просто обязательно должно быть так.

— Думаю, нам тоже надо вернуться домой и что-нибудь поесть. Полагаю, что мы ещё полночи будем сидеть и обсуждать процедуру слушания. Я не очень хорошо знакома с тем, как там всё происходит.

Драко кинул взгляд на настенные часы.

— Мы здесь засиделись. Думаю, нет смысла напрягать себя готовкой. Давай где-нибудь перекусим?

Через некоторое время они решили всё же остаться и заказать еду в Дырявом Котле. Они вполне могли бы выбраться и в маггловский Лондон, но Драко был одет в мантию.

Они пересели за столик поменьше и сделали заказ. Пока еда готовилась, Гермиона достала из сумочки блокнот и карандаш.

— Итак, что мне нужно знать о слушании во вторник?

— Грейнджер, это не может подождать, пока мы что-нибудь не съедим? Сегодня Моуди бесчинствовал даже больше обычного. И он уже пообещал что-то похлеще на следующей неделе в обмен на то, что отпускает нас во вторник, — Малфой удивлённо поднял бровь, увидев, как Гермиона усмехнулась. — Что?

— Грейнджер, — протянула она, передразнивая его. — Давненько ты так меня не называл.

Драко в ответ закатил глаза и тоже ухмыльнулся.

— Старые привычки умирают с трудом. Сейчас ты почти всегда Гермиона, но иногда из тебя так и лезет Грейнджер. Сегодня пятница. Отложи свой блокнот и расслабься хоть на несколько минут. Ещё остался весь вечер и три полных дня впереди, чтобы ты успела довести себя до невменяемого панического состояния к слушанию.

Гермиона усмехнулась.

— Знаешь, иногда ты всё ещё Малфой в моей голове. В основном, конечно, Драко. Но в тебе остались какие-то Малфоевские черты.

— Например? — он выгнул бровь, когда Гермиона решила не продолжать.

— О, ну даже не знаю. К примеру, твоя слепая уверенность в том, что ты всегда получаешь то, что хочешь. Это напоминает мне твою мать.

— Это удар ниже пояса, — Малфой картинно прижал руку к сердцу, как будто его ранили.

Он всё ещё гримасничал, когда молодая ведьма-официантка принесла им их заказ. Казалось, ей очень хотелось рассмеяться, но ледяной взгляд Драко, брошенный на неё исподлобья, сразу заставил ту передумать.

Гермиона лишь покачала головой, давя в себе беззвучный смех.

— Ты такой… даже не знаю, как описать. Ты действительно любишь театральное внимание — лишь для правильной аудитории, — но смотришь свысока, если кто-то лишний заметил это, — гриффиндорка увидела, как Малфой уже открыл рот, чтобы возразить, а поэтому быстро продолжила: — Это прямо как в тот день, когда ты потащил меня за покупками, мистер Я-Всегда-Добиваюсь-Своего, а потом я взяла тебя с собой за маггловской одеждой. Я была готова к тому, что ты будешь нудеть и таскаться по магазину с несчастным лицом, а ты с дерзкой ухмылкой дефилировал перед гардеробными до тех пор, пока к нам не подошёл продавец, спрашивая, не нужно ли нам ещё чего-то. — Гермиона поймала себя на том, что грустно улыбается. — Мне нравится эта твоя черта. Та часть тебя, которая на всё согласна. С таким тобой гораздо веселее, чем с тем, кто на всё смотрит с негативом.

— С негативом?

— О, Мерлин, этот гиппогриф убил меня! Я умираю! — вскрикнула Гермиона, схватив себя за руку. А потом серьёзно посмотрела на него: — Я рада, что Клювокрылу удалось сбежать. Он не заслуживал казни.

Если она и ждала, что Малфой скажет, что сожалеет и раздул тогда из мухи слона… то зря ждала. Он не собирался ничего говорить.

— Ты должна понимать, что для меня это был довольно травмирующий и новый опыт. Меня никогда ещё так не уважали, как тогда. Кроме тебя и твоих друзей.