Глава 148.4. Искренность

Девушка пожала плечами.

– Кроме того, это был всего лишь мой односторонний взгляд. В конце концов, из того, что я видела в то время, у господина не было никакого особого поведения по отношению к Юн Нин Гунчжу, но Юн Нин Гунчжу, казалось, была односторонне влюблена в нашего господина. Тогда я подумала, что это не более чем пустяк. У господина уже была наша юная леди в качестве жены, а достойная Гунчжу не может быть наложницей. Тогда Юн Нин Гунчжу была беспомощна, даже если у неё были мысли о господине. Но по какой-то причине я всё не могла оставить этот вопрос без внимания. Позже я обнаружила, что везде, где проходят какие-то важные банкеты, в которых участвует господин, обязательно должна быть и Юн Нин Гунчжу. Я не знаю, была ли у меня паранойя в то время, но у меня всегда были некоторые претензии к господину. Если бы господин хотел, чтобы Юн Нин Гунчжу оказалась в затруднительном положении, он мог бы просто проявить плохое отношение или стать более холодным в беседах с ней. Это должно было заставить Юн Нин Гунчжу отступиться и отказаться от господина. Но Юн Нин Гунчжу всегда охотно прощала его, так что, было очевидно, что отношение господина было недостаточно жестоким, – Хай Тан тихо вздохнула, как будто она всё ещё чувствовала себя подавленной, когда думала об этих вещах, и сказала: – У моей госпожи было чрезвычайно мягкое сердце, и она всегда была внимательна к своему супругу. Даже если бы я рассказала ей об этом, она в основном продолжала бы притворяться, что не знает. А когда в её теле зародилась новая жизнь, то было ещё меньше шансов, что она стала бы что-нибудь предпринимать. Кто знает, случалось ли бы что-то подобное…

Выслушав слова Хай Тан, Цзян Ли некоторое время не понимала, что она чувствует. Она не ожидала, что некоторые вещи в её прошлой жизни начали проявляться так рано. Но из-за того, что она проявляла слишком большую любовь к Шэнь Юй Жуну и слишком большое стремление к совершенству, Хай Тан не осмеливалась ничего сказать, даже если у неё были какие-то сомнения. Верная служанка боялась причинить ей боль и совершить большую ошибку.