Глава 26.4

Цунаде открыла свиток, но тут же расширила глаза: из него выпала груда разбитых кусков… чего-то. Она увидела голову и повернула ее к себе, прежде чем услышала вздох Джирайи. У него в руках был отброшенный кусок с эмблемой скорпиона: «Это эмблема Акасуны но Сасори. Малыш, ты хочешь сказать, что смог поймать одну из его марионеток?»

Наруто покачал головой: «Нет, это сам Сасори, или то, что от него осталось. Он превратил свое тело в марионетку. Думаю, я разрушил его сердце или что-то вроде того, когда прикончил его, потому что это был единственный раз, когда он истекал кровью за весь бой, и, черт возьми, он истекал кровью, когда я ударил его.» Его глаза обратились к Цунаде с блеском: «Так когда я могу ожидать свои деньги за убийство?»

Цунаде улыбнулась Наруто: «Я пошлю ястреба в Суну, когда мы закончим здесь, чтобы сообщить им, что ты победил Сасори. Молодец, как тебе это удалось?».

Какаши подошел к Наруто и положил руку ему на плечо: «Да, мне это тоже очень интересно».

Наруто пожал плечами: «Ну, большинство из того, что у него было, предназначалось для того, чтобы отравить меня. У меня иммунитет к почти всему, что когда-либо было придумано в этом отделе, так что он не смог меня прикончить. У него была только одна вещь, способная действительно прикончить меня, и когда я отключил ее, это превратилось в битву на истощение, а я никогда не проигрываю, когда дело доходит до этого». Он поправил меч на спине: «Еще один член Акацки — Дейдара. Я не смог прикончить его, он сбежал, но, по крайней мере, теперь ты знаешь еще одного из них, так что у тебя четыре подтвержденных члена, и один из них мертв.»

Джирайя положил руку на плечо Наруто: «Хорошая работа, Наруто. В последнее время ты действительно набираешь обороты, не так ли?».

Наруто усмехнулся: «Да, и после того, что рассказал мне Какаши, я знаю, что буду делать дальше».

Какаши моргнул: «И что же это будет, Наруто?»

Наруто направил немного чакры ветра в свою руку: «Я собираюсь научиться смешивать элементальную чакру с Расенганом и посмотреть, что я смогу сделать из этого, и самое лучшее…» Он поднял другую руку, и вокруг нее затрещали молнии: «Теперь у меня есть две, с которыми я могу работать».

Глаза Какаши расширились: «Как ты получил еще одно сродство, Наруто?»

Наруто пустил чакру вокруг своих рук: «Я использую много ниндзюцу молнии в сочетании с ветром. Можно подумать, что молнии мне не удаются, потому что они слабы против моего главного сродства, но я использую их так часто, что у меня появилось второе сродство. Это всегда весело, не так ли? Теперь мне нужно делать упражнения и для этого, надеюсь, ничего такого серьезного, как раскалывание водопада, для этого не потребуется.»

«Может, Наруто-сама и не очень хорош в фуиндзюцу, но он очень силен.» Хамако пробормотала с улыбкой на лице: «У меня есть вопрос, который, я надеюсь, мне будет позволено задать вам, господин.»

Наруто улыбнулся беловолосой девушке: «Конечно, Хамако-чан, ты можешь спросить меня обо всем, о чем захочешь».

Хамако кивнула и подошла к Наруто, положив руки ему на живот и задрав рубашку: «У меня сложилось впечатление, что ты не очень искусен в запечатывании, так почему же на тебе такая мощная печать? Как ты ее придумал, и почему она здесь? Похоже, что она должна была что-то сдерживать, она сдерживает большую часть твоей чакры или что-то в этом роде.» Она заставила печать Наруто появиться, направив вокруг нее свою чакру.

У всех взрослых в комнате потемнели лица при мысли о том, что Хамако узнает о Кьюби, но Наруто продолжал улыбаться: «Скажи мне. Если бы ты узнала, что то, что внутри меня, не совсем нормально, ты бы стала думать обо мне хуже, Хамако-чан?».