Главы 2285-2286

Главы 2285-2286
Глава 2285: Можешь Называть Меня Просто Братом

Нин Шу не знала, зачем Е Хуа хочет её увидеть, поэтому, когда она села за стол с Е Хуа, она спросила:

— Зачем лидер секты вызвал свою подчинённую?

— Тут больше никого нет, ты можешь называть меня просто братом.

Е Хуа налил себе чай и сделал глоток.

— Хочешь чаю? Наливай, — сказал Е Хуа.

Нин Шу кивнула, налила себе чаю и медленно выпила его. Вскоре пришла служанка, которая принесла блюда.

— Давненько мы уже с тобой не ели вместе, давай сегодня поедим вместе, — сказал Е Хуа.

Нин Шу: →_→

По сути, обычно он просто игнорирует её. так почему же он решил сегодня позвать её на обед?

— Спасибо, брат.

— Ешь.

Нин Шу взяла палочки и стала есть. Е Хуа ничего не говорил, и Нин Шу тоже ничего не говорила. Слышался лишь стук тарелок и палочек.

Но еда лидера секты действительно была очень вкусной.

— Хун Е, я слышал, что ты победила Чжао Бо? — небрежно спросил Е Хуа.

— Ага.

Это видело очень много людей, и Нин Шу не имела намерения это скрывать.

Е Хуа отложил палочки и сделал глоток чая.

— Насколько я помню, ты начала заниматься боевыми искусствами в семь лет, так что у тебя за плечами всего восемь лет тренировок. Как же ты смогла победить Чжао Бо?

— Это потому что я культивировала очень сильные боевые искусства, — прямо сказала Нин Шу.

— Какие боевые искусства? Где ты её нашла?

Е Хуа поднял палочки и взял несколько овощей.

— Брат, ты же знаешь горный лес позади горы Священной Демонической Секты? Я нашла там, закопанную в грязи книгу по культивации и чьи-то кости, — начала щебетать Нин Шу.

— Вот как?

Выражение лица Е Хуа было невозмутимым. Нин Шу не могла понять, о чём он думает.

— Да.

Нин Шу кивнула.

— И где эта книга по культивации?

— В моей комнате. Если брат её хочет, то я принесу её брату.

— Мы никуда не спешим. А что насчёт тех костей?

— Я попросила Мэй У похоронить их.

Мэй У услышал это, но его лицо ни капли не изменилось. Он словно смирился с судьбой козла отпущения за всё для Нин Шу. Вот именно, это он всё сделал!

Поев, Е Хуа вытер губы и прополоскал рот, после чего сказал: