Главы 2731-2732

Глава 1367 (Паранойя 38)

Чэн Фэя уже сочли психопатом, и теперь, когда у него проблема с мозгами, его 100% сочтут больным.

Скорее всего, его не выпустят из психиатрической лечебницы.

Если он действительно сбежит, тогда три члена семьи Ай будут жить в страхе. Кто знает, что натворит Чэн Фэй.

Несмотря на то, что полиция охраняла дверь палаты, Нин Шу всё равно чувствовала себя беспокойно. По сути, она каждый день приходила в больницу, чтобы проверить ситуацию.

После того, как в больнице подтвердили диагноз, Чэн Фэя отправили обратно в психиатрическую лечебницу.

Так как вылечить подобное не представлялось возможным, Чэн Фэй, по сути, медленно умирал.

Нин Шу смотрела на Чэн Фэя, сидящего в инвалидном кресле, которое заводили в машину. Чэн Фэй повернул голову и улыбнулся Нин Шу. Его волосы больше не были уложены, и неровная чёлка разметалась по его лбу.

С такой улыбкой он выглядел очень жизнерадостным и молодым.

Нин Шу чувствовала беспокойство. Она села в автомобиль и проследовала за Чэн Фэйем до самого входа в психиатрическую лечебницу.

Она проследила за тем, как Чэн Фэя увозят на инвалидной коляске вглубь здания.

Нин Шу пошла следом и увидела, как Чэн Фэя привезли в его палату.

Только после этого Нин Шу вздохнула с облегчением.

Она не смела ослаблять бдительность, имея дело с Чэн Фэйем. Особенно когда она услышала от медсестры, что лечащий доктор Чэн Фэя умер.

Нин Шу практически сразу, не раздумывая, решила, что это было дело рук Чэн Фэя.

Чэн Фэй спокойно сказал Нин Шу:

— Не волнуйся, я не сбегу. К тому же, куда я сбегу в таком состоянии? В любом случае, мне осталось мало времени. Так что я просто проведу его в тишине и покое.

Нин Шу: …

Кто знает, говорит он откровенно или притворяется.

Нин Шу было всё равно, о чём думает Чэн Фэй. Но, пока он находится в психиатрической лечебнице, ей всё равно жив он или мёртв.

Чэн Фэй сказал:

— Однажды ты поймёшь мои мысли. К тому времени у тебя уже будут седые волосы и ты будешь ждать разложения в земле. В то время ты пожалеешь, что у тебя больше не лучшие годы и что ты больше не так прекрасна.

— Даже если я пожалею, это будет моё дело.

Чэн Фэй вздохнул. Его брови были нахмурены, а на лбу был холодный пот. Он покачал головой и лёг.

Вероятно, у него болела голова.

Нин Шу была равнодушна к боли Чэн Фэя. Лицо Чэн Фэя было немного бледным. Он спокойно сказал Нин Шу:

— Иди. Я не хочу, чтобы ты видела меня в таком состоянии.

Нин Шу ничего не сказала, развернулась и ушла. Никто не хочет его видеть.

Задание этого мира заставило Нин Шу чувствовать себя морально измождённой.

В этом законном обществе, Чэн Фэй не воспринимал жизнь человека всерьёз, но она не могла попасть в тюрьму только для того, чтобы отомстить такому человеку, как Чэн Фэй.

Что важнее, она не могла стать убийцей.