Главы 3045-3046

Глава 1524 (Изнасилованная 14)

Когда в деревне произошло нечто подобное, все были очень напуганы. Они стали делать то, что им сказала знахарка.

Мать Ли Бина не пришла сегодня ругаться, потому что она тоже обнаружила отпечатки на двери и была напугана.

Чем ты старее, тем суевернее.

Кроме этого она почувствовала какое-то неприятное ощущение в руках и ногах, словно у неё был приступ ревматизма.

По сути, эта болезнь проявляется только в пасмурные и дождливые дни. Помимо этого, её горло так болело, что ей было трудно говорить.

Мать Ли Бина считала, что из-за призраков у неё был сонный паралич. Без сына, она словно потеряла опору.

Мать Ли Бина помчалась к знахарке. Знахарка приняла деньги и дала ей чашу наговорной воды.

Ночью вся деревня была укутана густыми клубами дыма. В каждом доме жгли бумажные деньги. Многие люди кланялись во все стороны, бормоча заклинания.

Не во всех домах в деревне были отпечатки ног, но, при виде того, что все делают, остальные тоже начали жечь бумажные деньги.

Отец Ван Ин тоже взял стопку бумажных денег и стал жечь их на дороге перед домом.

Мать Ван Ин крикнула Ван Чао, чтобы он пришёл жечь бумажные деньги со всей семьёй.

Ван Чао раздражённо ответил, что он занят.

Нин Шу невинно пожала плечами, вот уж действительно потревожила народ*.

Нин Шу было лень снова притворяться призраком, чтобы пугать людей. Она слышала, что некоторые даже заболели от страха.

Но, даже без запугиваний от Нин Шу, сердца жителей деревни всё ещё были напряжены. Они жгли бумажные деньги каждую ночь на протяжении семи дней.

Нин Шу решила, что пришло время уезжать. У неё на руках было немного денег, которых бы хватило на билет и на первое время.

Когда она приедет в город, ей нужно будет как-то выживать.

Если она не найдёт место для проживания, то всегда может устроиться жить под мостом. Как-никак, она уже так жила.

Главное, чтобы было где укрыться от ветра и дождя. К тому же, у неё ещё есть женьшень.

Сейчас женьшень уже подсох. Нин Шу очень осторожно обращалась с ним, чтобы не повредить кожуру.

Она связала корни в пучок.

Теперь осталось дождаться новостей из полицейского участка.

Просто посадить человека в тюрьму недостаточно. Этого слишком мало.

Мать Ли Бина увидела, что семья Ван не выполнила обещание, и снова прибежала к двери семьи Ван, чтобы создавать проблемы.

Но в этот раз мать Ли Бина уже не могла ругаться. Её голос был очень хриплым и ей было очень трудно говорить.

Иногда, когда она сглатывала слюну, ей было так больно, что слёзы текли из глаз. Ей было больно есть и пить.

Плохо себя чувствуя и не имея возможности говорить, мать Ли Бина всё ещё настаивала на том, чтобы её сына выпустили.

Её сын был арестован и посажен в тюрьму.

Мать Ли Бина указывала пальцем на Нин Шу, пытаясь что-то сказать. Но никто толком не слышал, что она говорит. Всё, что было слышно — это лишь шипение.

Нин Шу повернула лицо боком, приставила руку к уху и спросила у матери Ли Бина: