Глава 77.

Дверь была заперта, и в комнате было темно.

Прошло много времени с тех пор, как Аюн бросили сюда. Послышались тяжёлые шаги, которые постепенно приближались к её комнате…

— Ох, где же была эта грязная кошка?

Его тон был насмешливым, но глаза были холодны, когда он взглянул на человека перед ним. Как только он собрался протянуть руку и стереть грязь с её лица, Аюн подсознательно увернулась.

Глаза Ли Хана внезапно стали свирепыми, но он всё ещё улыбался. У маленькой грязной кошки короткая память?

Он крепко схватил её за подбородок и с небрежной улыбкой вынул из кармана квадратный носовой платок и вытер грязь с её лица.

Ли Хань снова заговорил с ней:

— Несчастная, грязная, некрасивая.

Аюн боялась его до смерти, но подняла голову и посмотрела прямо на него. Она произнесла слова, которые шли прямо из её сердца:

— Ли Хань, ты неблагодарный белоглазый волк!

Если бы её родители не были мягкосердечны, смог ли он дожить до сегодняшнего дня?!

Никто в мире, вероятно, не знал, что она на несколько месяцев старше Ли Хана.

В то время она никогда раньше не видела его. Аюн вышла из себя, заплакала и хотела прогнать его.

Но, позже она подумала, что было бы неплохо иметь товарища по играм, и он был самым красивым ребёнком, которого она когда-либо видела.

Кто бы мог подумать, каким плохим станет этот человек, когда вырастет?

Ли Хань сказал с небрежной улыбкой:

— Теперь ты единственная, кто осмеливается называть меня так. Да как ты смеешь.

Внезапно он пустил в ход всю свою силу.

— Разве тебе не нравится богатая одежда и роскошная еда? Зачем бежать? Ты хочешь выйти замуж за кого-то другого? Если ты будешь помнить, что нужно есть, а не драться, тогда всё будет хорошо. Ты ещё не поняла этого, да?

Когда Аюн было пятнадцать лет, у неё появился возлюбленный. Этот человек был добрым и простым, и его семейное происхождение было обычным. Не говоря уже о том, что он был богат(по меркам простых людей), у него было несколько акров хороших сельскохозяйственных угодий.

Этого было достаточно.

В то время Аюн ждала, что он придёт, чтобы сделать ей предложение руки и сердца, но он внезапно умер.

Аюн была опечалена. После трёх дней плача её глаза распухли, и стали размером с грецкие орехи.

А не так давно она узнала, что Ли Хань тайно совершал много жестоких поступков.

В глазах Аюн Ли Хань был темноволосым человеком, который мог улыбаться каждому. Она никогда не думала, что он такой расчётливый, агрессивный и может убивать людей.

— Служанка, которая прислуживала тебе в прошлый раз, была убита мной. Она заслуживала смерти за то, что не охраняла тебя должным образом.

Он заслонил единственный свет, падавший на неё.

— Не волнуйся, если ты не двинешься с места или не убежишь, я больше никого не убью.

***

Чжао Нанью не запер дверь. Однако Сун Луань не собиралась уходить. Как он и сказал, теперь она была человеком без личности, вероятно, только такой параноик, как Чжао Нанью, поверил бы, что она Сун Луань.

Большинство её знакомых видели её труп и были свидетелями того пожара.

В их глазах она уже была мертва.

Она знала, что у Чжао Нанью есть способ вернуть её личность, но он никогда не упоминал об этом. Возможно, он хотел, чтобы её до конца жизни не видел никто, кроме него.

Без имени Третьей Леди семьи Сун у неё не было ни родителей, ни братьев, и ей не на кого было положиться. Она могла расти, как дряхлый цветок, лишь на его высоких ветвях.

Чжао Нанью каждый день приносил ей странные вещи, обращался с ней как с ребёнком и намеренно уговаривал её быть счастливой.

Сун Луань была очень спокойна перед ним. Иногда он подолгу не выпускал её из виду. Сун Луань сердилась, но постепенно поняла, что не испытывает особых чувств к Чжао Наньюю.

Казалось бы, это было хорошо, но сердце её неожиданно почувствовало какое-то беспокойство, поняв, что что-то идёт не так.

Чжао Нанью, похоже, поссорился с семьёй Чжао. В последние дни некоторые члены семьи Чжао приходили к нему в и царапали щели в заколоченном окне. Сун Луань услышала ругательства Второй Леди.

Чжао Нанью без всякого выражения велел стражникам отогнать её.

Она не знала, что случилось с семьёй Чжао.

Сун Луань подпёрла подбородок и посмотрела через щель в окне на небо. Лицо её было печально, и множество странных картин промелькнуло у неё в голове.

***