Глава 85.

Сун Луань подумала, что Чжао Нанью снова издевается над ней. Она вжалась в одеяло и пробормотала:

— Ведёшь себя как ребёнок.

Даже когда она была на девятом месяце беременности, Сун Луань всё ещё могла спать только на боку, боясь, что она может придавить ребёнка.

Чжао Нанью развернул одеяло, под которым пряталась Сун Луань.

Она посмотрела на Чжао Нанью и беспомощно сказала:

— Мне тут так хорошо.

Нежное лицо Сун Луань покраснело:

— Так тепло.

Чжао Нанью по-прежнему не позволял ей прятаться под одеяло.

— Твоя мать и брат придут к тебе завтра в полдень.

Сун Луань вновь открыла глаза и сказала:

— Это хорошо.

После того, как пришло Императорское уведомление относительно личности Сун Луань, оно поразило почти всех.

Тётя Линь и Сун Хэцин не могли в это поверить. Они были одними из немногих людей, которые своими глазами видели труп Сун Луань. Тётя Линь несколько раз шмыгнула носом. Её дочь была мертва и не дышала.

Кроме того, предубеждение Тёти Линь против Чжао Нанью заставило её думать, что он намеренно убил свою жену.

Но сама Тётя Линь была серьёзно больна, и ей нездоровилось. Она смогла встать с постели лишь через несколько дней, поэтому у неё не было возможности увидеть Сун Луань.

После нескольких месяцев выздоровления болезнь Тёти Лин ьбыла полностью излечена. Подумав несколько дней, теперь она была готова прийти и узнать, что происходит.

Ножевая рана на груди дочери была очень чёткой, глубокой и тяжёлой.

Сун Хэцин помог ей сесть в карету и не забыл напомнить:

— Не важно, увидишь ты Сун Луань или нет, не злись.

Нынешний Чжао Нанью отличался от прошлого. Он был не из тех, кого можно было легко унизить. Хотя Сун Хэцин и не любил его, он не мог вести себя импульсивно. У него всё ещё была большая семья, о безопасности которых нужно было думать.

Тётя Линь подумала о Чжао Нанью и заскрежетала зубами.

— Я знаю.

Через некоторое время карета подъехала к воротам резиденции, и слуги почтительно приветствовали их.

Сун Луань ждала их у ворот внутреннего двора. Она давно не видела мать и брата. Эти двое искренне относились к ней.

Тётя Линь смотрела на копию своей дочери.

Её глаза были полны слёз, когда она смотрела на её худую фигуру. Эта девушка была похожа на её дочь!

Она медленно пошла вперёд, её пальцы дрожали, когда она провела ими по её лицу. Она не могла не заплакать:

— Это действительно моя Луань.

До встречи с Сун Луань Тётя Линь думала, что Чжао Нанью обманывает её.

Мать нежно обняла Сун Луань, и глаза у неё были полны слёз.

— Мама, это я.

Тетя Линь вытерла слёзы и не забыла спросить:

— Разве ты не…

…умерла?

Сун Луань солгала ей:

— Ты помнишь, что у Нанью есть брат? Ему потребовалось много времени, чтобы спасти меня.

Тётя Линь была наполовину убеждена. Её выражение лица было тяжёлым, и она вдруг сказала:

— Но ведь это Чжао Нанью ударил тебя ножом, верно?! Какой злой человек!

Как он мог ударить её? Её маленькая дочь была так хороша, как кто-то мог сделать это с ней?

Когда Сун Хэцин услышал слова «злой человек», его брови подпрыгнули.

— Мама, он не виноват.

Ей было больно, и она умоляла его убить её.

Тётя Линь не поверила своим ушам.

— Он сам в этом признался!

Сун Луань обняла её, налила чашку чая Тёте Линь и медленно произнесла:

— Ты веришь другим больше, чем мне?

Затем она рассмеялась и продолжила:

— Видишь ли, теперь я здорова.

Сун Хэцин произнёс:

— Да. Сестра сейчас чувствует себя очень хорошо, так что можешь быть уверена, с ней всё в порядке. Что касается прошлого, то, по-моему, правду знает только моя сестра.

Тётя Линь неохотно подавила все виды сомнений в своём сердце и посмотрела на её живот:

— Сколько месяцев прошло? Как скоро будут роды?

Сун Луань потёрла свой живот.

— Я собираюсь рожать в этом месяце.

Она не знала конкретной даты.

Тётя Линь снова всхлипнула.

— Когда ты родила своего старшего сына, ситуация была не очень хорошей. Я не знаю, на что это было похоже, но пусть ничего подобного больше не случится. Если вдруг что, ты должна спасти свою собственную жизнь.

Когда два года назад её дочь не проявила никакой любви к старшему сыну, Тётя Линь так и не убедила её исправить своё поведение.

Сун Луань не могла ни плакать, ни смеяться.

— Всё будет хорошо, мама. Не волнуйся. Я буду жить хорошо. Не беспокойся больше обо мне.

— Ты врёшь, – вздохнула Тётя Линь. — Было бы лучше, если бы ты женилась на другом человеке.

Кто бы мог подумать, что у Чжао Нанью будет такая великая судьба? Тётя Линь когда-то искренне надеялась, что Чжао Нанью умрёт пораньше, чтобы у её дочери был шанс снова выйти замуж.

Она наблюдала за людьми десятилетиями и никогда ничего не упускала. Чжао Нанью не был хорошим человеком.

Сун Луань кивнула, повторяя её слова.

— Наверное так!

Белый, чистый, нежный и вежливый.

Ни власти, ни денег, ничего.

Меньше всего её матери не хватало денег.

Уголок рта Сун Хэцина дёрнулся. Он полушутя сказал:

— Сестра, ты совсем не изменилась.

— Брат, я только что сказала тебе правду.

— Раньше меня это не волновало, но теперь ты не говоришь об этом дома.

— Я не дура.

— Боюсь, что ты какой была, такой и осталась.

Тётя Линь только недавно оправилась от тяжёлой болезни и теперь чувствовала себя уставшей после короткого разговора.

— Мама, ты устала?

— Да.

— Ты можешь немного отдохнуть в моей комнате, – предложила Сун Луань.

Тётя Линь сначала хотела согласиться, но когда она подумала об этом, Чжао Нанью, скорее всего, тоже был здесь. Она не хотела видеть своего зятя. Она боялась, что не сможет удержаться от того, чтобы не ткнуть его пальцем в нос, ругая и избивая.

Она махнула рукой.

— Нет, спасибо. Увидимся как-нибудь в другой раз.

Тётя Линь достала серебряное ожерелье, которое приготовила заранее. Оно было инкрустировано агатом превосходного цвета и выглядело очень красиво.

— Это для ребенка в твоём животе. Я подарила и тебе такое, когда ты была ребёнком. Оно не только хорошо выглядит, но и может спасти жизнь.

Сун Луань тоже думала, что оно было очень красивым. Она не могла удержаться, чтобы не прикоснуться к нему снова и снова.

— Оно прекрасно!

— Если хочешь, можешь взять. Скоро я привезу ещё много всего.

Кроме того, когда Сун Луань вышла замуж, она добавила к своему приданому много золотых и серебряных украшений, но через несколько лет Сун Луань, должно быть, уже потратила эти деньги.

Как её старший брат, Сун Хэцин, естественно, не сказал бы, что он не принёс никаких подарков. Прежде чем прийти, он долго ломал голову, что бы такое взять. Выбрав самые лучшие вещи, он не смог найти ничего хорошего.

Как и всегда, он протянул ей серебряную банкноту.