Глава 202

«Лили», — мягко сказал Чжуо Цзинжэнь, встав на колени перед Лили. Он медленно потянулся, чтобы дотронуться до ее щек, давая ей понять, что он был перед ней.

Лили немедленно перевела взгляд туда, где раньше сидел Ян Цзин, и вздохнула, увидев, что там никого нет. Должно быть, он ушел по приказу Чжуо Цзинжэня. Она поджала губы и перевела взгляд на мужчину перед ней.

Увидев спокойное выражение лица Чжоу Цзинжэня, она сразу поняла, что ему не жаль ее, и она была как-то благодарна за это. Она медленно встала и подошла к огромному окну возле стола для переговоров.

Наступила тишина. Не та, которая заставила бы простудиться или задохнуться. Это молчание было тем, что было нужно Лили.

«Я никогда не видела ее тела», — сказала Лили после нескольких минут молчания. Она знала, что Чжуо Цзинжэнь был позади нее, стоял, ожидая, что она что-то скажет. Он просто молча был там, ожидая …

«Я получила только ее прах», — продолжала она. Убийственное намерение, которое она проявляла ранее, медленно рассеивалось, как если бы оно было таинственным образом снесено неизвестным существованием. «Прах, Циньжэнь… мне не дали ничего, кроме ее…. праха».

И в этот момент по ее щеке медленно потекла единственная слеза. Единственная слеза, о которой она даже не подозревала. Затем Лили почувствовала, как рука Чжуо Цзинжэня медленно поглаживает ее плечо, словно давая ей силы продолжать говорить, давая понять, что он всегда будет стоять рядом с ней… и поддерживать.

«Когда психолог спрашивал меня об той ночи, я всегда говорила, что у меня болит голова… Как будто мне нанесли сотни порезов, я чувствовала ужасную боль, боль, которой было достаточно, чтобы убить меня».  Еще одна слеза пробежала по ее щеке… затем последовала другая, пока это не превратилось в бесконечный поток слез. Губы Лили медленно задрожали, ее глаза наполнились эмоциями. Эмоции, которые она подавляла годами.

«Знаешь, что самое худшее во всем этом?» — спросила она. «Дело в том, что после того, как они дали мне ее прах… я даже не спросила, почему она умерла. Я даже не сомневалась ни в чем, что они мне сказали. Я ужасная дочь, Циньжэнь…»

«Я худшая дочь».