Глава 143. Рискнуть

Гэвис не знал, что в сознании единорога в этот момент шла ожесточённая борьба, отсюда и такая его реакция.

Когда Гэвис и единорог встретились лицом к лицу, отпечаток в сознании единорога передал ему, что этот человек — его хозяин, и он должен подчиниться и приблизиться к Гэвису. Однако оставшееся в сознании единорога самосознание говорило ему, что он — магический зверь, причём самый благородный среди низкоуровневых магических зверей, и он должен умереть стоя, а не преклонять колени перед хозяином. Оставшийся рассудок подсказывал, что единорог должен убить Гэвиса, чтобы всё это прекратить.

Поэтому под влиянием таких противоречивых мыслей единорог то смотрел на Гэвиса с ненавистью, то хотел к нему приблизиться.

Пока единорог крутился на месте и мотал головой, Гэвис, сопоставив это с духовной связью единорога с ним, вдруг подумал о возможной причине.

«Неужели это действие диковинного плода, который съел единорог? Неужели этот фиолетовый диковинный плод может заставить магического зверя признать хозяина?»

Гэвис почувствовал лёгкое возбуждение. Если это действительно так, то десять очков энергии, потраченные им на обмен фиолетового диковинного плода, не пропали даром, а наоборот, принесли большую выгоду.

Магические звери обладали магической силой, могли использовать заклинания, а их тела были сильны. Обычные титулованные рыцари того же уровня, столкнувшись с ними, подвергались большой опасности. Например, если бы Гэвису пришлось сражаться с этим единорогом один на один, без ловушек, он бы не осмелился, даже если бы у него было десять жизней. По крайней мере, до достижения уровня рыцаря высокой бронзовой сферы он бы точно не стал рисковать, потому что шансов выжить у него не было бы.

А со штормовым волком, с которым Гэвис столкнулся в прошлый раз, ему просто невероятно повезло. Тот штормовой волк был уже стар и немощен, поэтому другие штормовые волки отобрали у него статус вожака стаи и изгнали его. И тут как раз подвернулся Гэвис.

Как раз когда у Гэвиса появились догадки, единорог повёл себя иначе. Его глаза оставались налитыми кровью, он гневно смотрел на Гэвиса, переступал копытами и, тяжело дыша ноздрями, приближался к нему.

Увидев движения и вид единорога, Гэвис тоже занервничал. По виду единорога было ясно, что он собирается драться насмерть.

«Вот чёрт, что же теперь выбрать: бросить бомбу или оставшийся фиолетовый диковинный плод?»

У Гэвиса сейчас было только два варианта: либо бросить гранату, действуя по первоначальному плану, и посмотреть, удастся ли убить единорога и заполучить его мясо и рог.

Либо бросить оставшийся у него фиолетовый диковинный плод, чтобы единорог его съел, и проверить, верна ли его догадка. Если верна, то он, возможно, получит признание магического зверя и станет хозяином этого первоклассного бойца!

Но если Гэвис ошибся, то он не только потеряет оставшийся фиолетовый диковинный плод, но и вернётся к первому варианту: взорвать единорога гранатой, а затем сразиться с ним.

«А, всё равно! Маленькая лошадка превратится в магического зверя, почему бы мне не рискнуть?»