Глава 27. Пролог

Пролог. Первый круг голосования

Присяжный заседатель номер один закончил излагать.

Он зачитал тот ‘первый документ’, разделенный на две части.

Первая часть представляла собой официальную копию отчета ‘О резне в Центре Коррекции Подросткового Поведения “Солнечный Свет”’, основывающаяся на сданном в архив отчете лейтенанта Марка Скрама из EAS.

В основном… Ничего обнаружено не было.

Вторая часть – описание от третьего лица, касающееся истинного положения дел.

Естественно, там не упоминалось ничего о Плетеной Тени и Сянь Сяосяо, так же, не рассказывалось об эмоциях действующих лиц.

Это был документ, похожий на ‘рапорт’, описывающий произошедшие события.

Потому, на прочтение этого доклада не ушло много времени.

Не прошло и десяти минут, как присяжный заседатель номер один отложил I-PEN.

Затем, за столом повисло молчание.

Но в этот раз молчание не продлилось слишком долго, поскольку, присяжный заседатель номер десять прервал его.

«Вы ничего не хотите сказать?» — он внезапно заговорил, глядя на присяжного заседателя номер пять.

Присяжный заседатель номер пять был ни кем иным, как Чэ Вучэнем.

«Вы со мной говорите?» — задал встречный вопрос Чэ Вучэнь и, не изменившись в лице, ответил на его взгляд.

«Что за пустой треп?» — снова заговорил десятый номер. – «Как одному из непосредственных участников, вам нечего добавить по существу дела?… Детектив Чэ?»

Когда он произнес два последних слова, многие повернулись и посмотрели на Чэ Вучэня. Но было и несколько тех, кто остался равнодушен, более того, некоторые даже холодно ухмылялся.

«Вы знаете меня?» — снова вопросом на вопрос ответил Чэ Вучэнь.

«Ха! Естественно, я вас знаю».

Рассмеялся номер десять.

«За этим столом я знаю всех, только вы не знаете меня».

Сказанные им слова, снова переключили внимание присутствующих на него.

Этот десятый больше других бросался в глаза, поскольку… Он выглядел, как карлик.

Здесь сказано ‘выглядел как’, потому что были и отличия.

Внешне, присяжный номер десять был поход на мальчика лет десяти, но выше шеи его голова принадлежала дяденьке лет сорока.

Хоть его лицо, выражение, голос…

Принадлежали злобному и развязному белому человеку средних лет, размеры его головы намного превышали голову мальчика десяти лет.

Однако кожа на его лице была нежной, как у ребенка, кое-где были даже видны веснушки, на ней не было и следа бороды, а если присмотреться…

Можно было заметить, что даже его адамово яблоко не было развито.

«В чем дело? Вы мне не верите?»

Десятый совсем не боялся всеобщего внимания, напротив, он чувствовал воодушевление.

«Пф… Я могу назвать личности нескольких».