Глава 112

Раздумывая о всяком, Вайолет внезапно направилась в галерею еще до того, как успело взойти солнце.

Поскольку единственным источником света был тусклый рассвет, ее картины казались для нее чужими. Они были настолько несопоставимы, словно это были картины, которых не должно было существовать в этом мире.

Никто здесь по-настоящему не оценивал ее картины.

Что касалось самой Вайолет, она полагала, что это чувство неравенства возникло из-за остатков «Ён Ха Юн» внутри нее.

Она не могла сказать, что скорбит, но ее переполняла скорбь о маленькой, только что разбившейся жизни.

Картины здесь были кульминацией жизни Вайолет и Ён Ха Юн — разбитые на куски, снова собранные вместе, смешанные друг с другом и, таким образом, нарисованные.

И все же эти картины ощущались так, будто они принадлежали незнакомцу.

«Недаром люди говорят, что из-за этих картин меня могли когда-то отдать под суд ведьм».

Вайолет горько улыбнулась, вспоминая все слова, шептавшиеся за ее спиной людьми, видавшими ее картины.

В таком случае лучше было вернуться к своим корням и рисовать, как она всегда и делала. Вайолет тоже это знала.

Однако было легче сказать, чем сделать.

С тех пор, как к ней вернулись воспоминания о прошлой жизни, Вайолет изменилась. Вместо плавного слияния двух личностей от самого существования «Вайолет С. Эверетт» возникало ощущение несоответствия.

И пока у нее были воспоминания о Ён Ха Юн, она ничего не могла поделать, кроме как чувствовать, что она стала чужой самой себе.

Незнакомка.

Как только Вайолет это осознала, ее охватило чувство одиночества. Непонятные эмоции грызли ее, и в самом конце все, что осталось, — это темная бездна.

Вайолет поняла, что никогда не сможет стать частью этого мира полностью.

«Он не мой, я здесь никогда не была».

Она никогда не сможет слиться с этим миром. «Воля» Вайолет больше не будет полностью принадлежать ей.

Вайолет заботилась о своих людях, но, в конце концов, она всегда и будет идти с ними по параллельной линии. Она не сможет заставить себя принять этику и законы этого мира, но ей придется существовать с этими жалкими и незначительными воспоминаниями, проживая в теле герцогской леди.