Глава 218
— Гуфэль?
Молодая и прекрасная Гуфэль стремительно старела.
Я инстинктивно поняла, что если приму всю эту силу, Гуфэль умрёт.
— Что ты делаешь? Отпусти!
Я изо всех сил пыталась стряхнуть её руку, но та словно примагнитилась и не двигалась с места.
Волосы Гуфэль, прежде блестящие, стали белоснежными, но она по-прежнему была изящна и красива.
Мягким голосом она уговаривала меня:
— Всё равно я была отвергнута своим Творцом. Медленно иссохнуть и умереть — вот моя предначертанная судьба. Зачем мне эта Звёздная сила, если я такая?
— Гуфэль!
Прежде чем рассыпаться белым песком, передав мне всю Звёздную силу, Гуфэль сказала:
— Никогда не доверяй Озвольду.
После этих слов тьма снова опустилась, словно чёрный занавес, и моё зрение померкло.
Зрение вернулось.
Холодный воздух пространства из камня и металла наполнил мои лёгкие, и я судорожно выдохнула.
— Ха-а!
Дилинь!
[Созвездие «Ставящий всё на Терезу» спонсирует 1 000 000 монет.]
[Почему ты вдруг упала? ㅠㅠ Ты в порядке?]
‘Голова кружится’.
Всё тело ломило.
Это ощущение, будто каждая клеточка обострённо пробудилась, я испытывала лишь однажды.
В тот самый миг, когда Клайд умер на Алтаре Света.
Это было то же самое трансцендентное состояние, что я ощутила, карая Самуэля.
Биение сердца отдавалось во всём теле.
Даже звук капель пота, стекающих по щекам и капающих с подбородка на пол, гремел в ушах, словно раскаты грома.
— У-ук!..
Накатила сильная тошнота, и желудок свело.
‘Что со мной? Неужели из-за этой Звёздной силы?’
Смертельной боли я не чувствовала, но состояние было настолько плохим, что трудно было даже стоять прямо.
Дрожь.
Тут я увидела, как шевельнулся палец Юджиса.
‘Он очнулся?’
Я подняла покрытое холодным потом лицо и уставилась на Юджиса, как раз когда он открыл глаза.
Юджис удивлённо нахмурился, а потом встретился со мной взглядом.
— Я потерял сознание… Что с тобой?
Увидев моё состояние, Юджис приподнялся.
Глядя на него, я почувствовала, что должна что-то сказать, и с трудом разлепила губы:
— Ваше Величество… Вы теперь в порядке?
Едва договорив, я рухнула без чувств, так и не услышав ответа.
В спальне императора царило небывалое столпотворение.
Старший камергер Вэйн, слуги, убирающие комнату, придворный лекарь, Джеффри, а также сам Юджис и лежащая на кровати Тереза.
Более того, никто даже не надел тканевые бахилы на обувь.
Такого не случалось ни разу за всё время правления императора Юджиса.
Придворный лекарь, закончив осмотр, доложил императору о состоянии Терезы:
— Поток маны нестабилен, но быстро приходит в норму, так что она скоро очнётся. Думаю, нет причин для серьёзного беспокойства.
Услышав это, Юджис изогнул бровь.
— Беспокойства? Почему это я должен беспокоиться? Неужели ты подумал, что раз я уложил герцогиню в свою кровать, она моя любовница?
Придворный лекарь подумал: ‘Разве уложить её в свою кровать, если она не любовница, не гораздо страннее?’, — но, столкнувшись с резкой реакцией Юджиса, поспешно извинился.