Глава 493. Настоящий талант

Альянс всё тонко рассчитал.

Преданному Пути было плевать на то, возьмёт ли Гу Чэнсяо в жёны Цин Кун. Но если Альянс вознамерился с их помощью запустить руку в Храм Великой Простоты — это совсем другое дело.

Как бы высокомерно Преданный Путь ни относился к Альянсу, он никогда не позволит ему зайти на территорию Храма Великой Простоты. Это означало войну не на жизнь, а на смерть.

В этот миг даже Гу Чэнсяо заколебался.

— Мой брат Гу справится! — во весь голос выкрикнул Хуо Дао.

У Гу Чэнсяо сердце ёкнуло. «Ну и парень…» — пронеслось в его голове.

Дуань Сюань тоже пребывал в нерешительности — он не мог принимать такие решения за весь Всевидящий Храм. Однако Цинь Сяошу, не колеблясь ни секунды, произнёс: — Я согласен.

— Младший брат! — Дуань Сюань резко обернулся к нему.

Цинь Сяошу сжал кулаки: — Старший брат, я не могу отказаться от Кун-эр.

Дуань Сюань тяжело вздохнул и мельком взглянул на стоявшую поодаль Цин Кун. Девушка оставалась по-прежнему спокойной и невозмутимой.

Представитель Альянса перевёл взгляд на Гу Чэнсяо: — Молодой господин Гу, слова Хуо Дао могут считаться вашим ответом? Если да, то мы будем считать, что вы дали согласие, и начнём подготовку маршрута к Полю Битвы Призм.

Гу Чэнсяо прищурился.

Цин Кун интересовала его, а семья отправила его сюда именно для того, чтобы привлечь Альянс на свою сторону. Но он совершенно не планировал идти на прямой и жесткий конфликт с Преданным Путем. С одной стороны — могущественный Преданный Путь, с другой — Альянс. Даже дурак поймёт, кого выгоднее не злить.

Но сейчас он оказался в ловушке собственного статуса. Под пристальными взглядами присутствующих он медленно произнёс: — Хорошо. Я согласен.

Гу Ли отвел взгляд, и никто не мог понять, о чем он думает.

Мастер из Альянса улыбнулся: — В таком случае я пойду и доложу о вашем решении. Желаю вам обоим успеха. — С этими словами он развернулся и ушёл.

Среди гостей тут же вспыхнули пересуды.

Дело перестало быть просто сватовством к Цин Кун. Теперь в игру вступил Преданный Путь, и всем было любопытно, как клан Гу и Всевидящий Храм справятся с этой ситуацией.

Хуо Дао пребывал в восторге: — Брат Гу, ты обязательно победишь! Сотрёшь в порошок этого бледного выскочку!

Дуань Сюань насмешливо парировал: — Наш младший брат хотя бы лицом светел, не то что твой «брат Гу» — чернее дна котла.

Хуо Дао холодно ухмыльнулся: — Главное, что сестрица Цин Кун бела лицом. Брат Гу чем чернее, тем лучше ей подходит — на контрасте. А вы только на роль свечки в их спальне и годитесь.

Дуань Сюань презрительно фыркнул: — Мой младший сразу принял вызов, а наследник клана Гу, похоже, порядком струхнул, прежде чем ответить.

Гу Чэнсяо бросил на Дуань Сюаня ледяной взгляд.

Хуо Дао высокомерно хмыкнул: — Твой Всевидящий Храм и в подмётки не годится клану Гу! Нам приходится учитывать гораздо больше факторов. Мой брат Гу — наследник, будущий глава великого клана, он не может позволить себе безрассудство, как твой младший, которому, кроме своей шкуры, и терять-то нечего.

Тут он нахмурился и добавил: — Вообще, во всём виноват этот Ван Цзе. Если бы он не раструбил на всю вселенную про Храм Великой Простоты, брату Гу не пришлось бы сейчас ломать голову.

— Тогда, на Звёздном турнире, брат Гу проявил излишнее милосердие и сохранил тому жизнь, — продолжал разглагольствовать Хуо Дао. — Стоило один раз ударить копьём — и сделал бы из него решето. Какое там первое место? Его бы и по частям не собрали!

Все присутствующие застыли, ошарашенно глядя на него.

«Ну и наглец, — думали многие, — неужели он и впрямь верит в то, что говорит?»

Гу Чэнсяо и сам оторопел. Он никак не ожидал настолько чудовищного преувеличения.

На Звёздном турнире Ван Цзе буквально раздавил его, а позже в Черно-Белых Небесах они вчетвером не смогли одолеть его одного. А из уст этого парня выходило, будто он, Гу Чэнсяо, самолично подарил Ван Цзе победу из жалости. Ему самому было неловко это слушать.

«Этот идиот надо мной издевается?» — Гу Чэнсяо внимательно всмотрелся в лицо своего «союзника».

Хуо Дао, заметив на себе всеобщее внимание, гордо вскинул голову: — Брат Гу, если снова встретишь этого Ван Цзе, не спускай ему всё с рук!

Цинь Сяошу ошеломлённо покосился в сторону дальнего угла террасы.

Ван Цзе слушал всё это очень внимательно. Невероятно внимательно. Он вдруг осознал, что Хуо Дао говорит это совершенно искренне.

Дуань Сюань кашлянул: — Знаешь, мне даже как-то неловко тебя разочаровывать, но… — Он обернулся и махнул рукой: — Брат Ван, тут как раз о тебе заговорили. Не хочешь выйти и поболтать?

Толпа ахнула. Не может быть!