Глава 819. Весело?

В звёздном небе эхом разнёсся яростный рёв Ван Цзе.

Понять технику меча — значит понять человека. Канону меча Преодоления Бедствий нужны лишь потери и предательство, ему нужно человеческое отчаяние.

Услышав эти слова, Сюань Янь даже не изменился в лице. Тин Цянь же, напротив, помрачнел:

— Старый хрыч Сюань Янь, ты ведь знал об этом, верно?

Сюань Янь спокойно ответил:

— Мой Звёздный Дворец никогда не убивал невинных без причины. У всех убитых был повод заслужить смерть. А раз они должны были умереть, то какая разница, как именно это произошло? Результат один и тот же, не так ли?

Тин Цянь гневно уставился на него:

— Сразу видно, что вы из одной школы — яблоко от яблони.

Старец Одинокого Дерева, Бай Цинюэ и другие, кто был дружен с Дань Синхэ, в этот миг почувствовали, как в них закипает ярость. Они и представить не могли, что за этой историей скрывается такая подоплёка. Раньше они считали это лишь идеологическим спором. Если бы не требования этой техники меча, возможно, события не приняли бы столь экстремальный оборот.

Принц Минь со вздохом произнёс:

— И впрямь, это техника из нашего Мира Смерти.

— Этот мастер Да Янь куда больше подходит нашему Миру Смерти, — добавил принц Лин.

Даже Чёрный Император никогда прежде не видел этого искусства меча. Оно было невероятно мощным и быстрым. Если бы Ван Цзе не испытал его на себе, подставив собственное тело под удары, он бы так скоро не разгадал его суть. Оставалось признать — Ван Цзе оказался ещё более безжалостным.

В звёздном небе мастер Да Янь с окровавленными губами равнодушно посмотрел на Ван Цзе:

— Ну и что с того? Разве каждый практик убивает не для того, чтобы совершенствоваться? Ты смеешь утверждать, что твой рост боевой мощи не был достигнут за счёт убийства живых существ? Я не такой дурак, как ты: иметь возможность получить метод Изначальной Энергии и отказаться от него, — голос мастера Да Яня был ледяным. — Я лишь использовал некоторые средства в пределах разумного.

Они встретились взглядами. В глазах Ван Цзе жажда убийства внезапно утихла. Мастер Да Янь снова исчез в мгновение ока:

— Гнев не изменит развязку. Ты никогда не задумывался о том, что прямо сейчас ты тоже помогаешь мне взращивать меч?

Ван Цзе рассмеялся холодным, пробирающим до костей смехом. Он закрыл глаза и произнёс:

— Тебе так нравится взращивать меч? Что ж, тогда помоги взрастить и мой.

Он вскинул руку, и клинок сорвался с места: Реестр шестнадцати миров меча — Плывущий Человек.

Послышался резкий свист. Фигура мастера Да Яня проступила в пространстве. Перед его грудью расцвела кровавая полоса, сопровождаемая невыносимой, пронзительной болью. Он медленно опустил голову: на груди зияла огромная рана.

«Когда? Когда он успел?!»

Многие наблюдатели подались вперёд, впиваясь взглядами то в мастера Да Яня, то в Ван Цзе. В какой момент мастер Да Янь был ранен? Почему никто ничего не заметил? Тин Цянь, Сюань Янь и Чёрный Император смотрели на это с глубоким потрясением. Взгляд старухи Вэй стал проницательным; она внимательно изучала Ван Цзе: что это за техника меча?

Ван Цзе поднял меч, находясь всего в нескольких метрах от противника. Если бы он только что не нанёс этот удар, это сделал бы мастер Да Янь. Но он оказался на шаг быстрее.