Глава 1998. Пьянчуга

Видно, что Полупредки, такие как старейшина Чань, заботятся о человечестве больше, но даже так он не мог заставить их передать Лу Сяосюаня.

Однако даже если мальчишка потерял память и был выброшен в заброшенные земли, он не мог позволить ему жить!

Старейшина Нихуан видел бесчисленное количество гениев, и среди них Лу Сяосюань, безусловно, выделялся. Если бы не связь с семьёй Лу, то молодой человек определённо стал бы знаменитым на всё человечество.

Необъяснимым образом он вспомнил слова Лун Цюаня перед своей смертью и пожелал, чтобы то, что он сказал, было правдой.

Ван Сы резко крикнула: — Скажи нам, где Лу Сяосюань? Вам не нужно ничего делать, мы сами его поймаем. Это не имеет к тебе никакого отношения.

Старейшина Чань внимательно посмотрел на Нихуана: — Я готов сделать всё возможное, чтобы Лу Инь забыл свою ненависть к четырём высшим фракциям. Как вам такое?

— Нет, — прямо отказала Ван Сы, глядя на старика, — Лу Сяосюань потерял память и находится здесь, у вас, но он всё же смог найти способ войти к нам и заручиться уважением у многих вассалов семьи Лу. Он всё ещё представляет для нас опасность.

Старейшина Чань тихо проговорил: — Я не хочу видеть гражданскую войну среди людей, но и отдавать Лу Иня я тоже не намерен.

— Это значит, что мы не сможем прийти к соглашению? — голос Ван Сы был низким, с нотками презрения и высокомерия.

Цзю Чи посмотрел на Ван Сы и сказал: — Ну ты и уродина.

Ван Сы была ошеломлена.

Шэнь Тянь, старейшина Чань и другие тоже были ошеломлены столь резким заявлением и озадаченно посмотрели на Цзю Чи.

Этот любитель выпить всегда походил на простого пьяницу, но при этом он обычно мало говорит. Для тех, кто его знал, было неожиданностью, что он произнесёт нечто подобное.

Старейшина Нихуан также был удивлён.

Ван Сы разозлилась: — Что ты сказал? Смерти ищешь?!

Она замахнулась рукой, но Нихуан сдержал её и посмотрел на Цзю Чи: — Что ты за Полупредок, что опустился до оскорблений.

Цзю Чи сделал глоток вина и сказал: — Я просто говорю правду. Я не умею лгать.

Старейшина Нихуан впервые видел такого Полупредка и не знал, что ответить: «Не умеешь врать? Да никто тебя и не спрашивал, красивая она или нет. С чего ты, в принципе, сказал такое?»

Глаза Ван Сы сверкали огнём: — Старик, ты ищешь смерти.

Цзю Чи спокойно посмотрел на неё и сказал: — Чем больше смотрю на тебя, тем более уродливой становишься. В молодости ты же так не выглядела, верно?

Глаза Ван Сы расширились и она в гневе снова попыталась атаковать. На этот раз Нихуан её не остановил и холодно уставился на Цзю Чи. Пьяница переходил все границы!

Старейшина Чань остановил Ван Сы: — Я хочу знать, зачем вы пришли?

Ван Сы закричала с обезумевшим видом: — Уйди с дороги, я убью этого старика!

Старейшина Чань нахмурился: — Он просто слишком много выпил, к чему такая реакция на пьяницу?

— Уйди, отброс заброшенных земель!

Лицо старейшины Чань потемнело.