Глава 3795. Как сломить

Старейшины Четырёх Врат Меча, стоявшие вокруг, понимающе улыбнулись. Хорошо, что в их клане есть тот, кто стал учеником господина Цин Ляня, иначе как бы они смогли пригласить Мин Чжо?

Мин Чжо был не просто учеником господина Цин Ляня, но и одним из сильнейших мастеров Пристанища Девяти Небес, претендующим на звание ночного главы.

С началом войны Мин Чжо мог бы побороться за место ночного главы, и, учитывая его силу и положение, шансы на успех были весьма высоки. Это говорило о многом.

Хотя он ещё не был Низшим Богом, во время войны ночной глава был равен Низшему Богу по статусу. Кроме Высшего Бога, никто не мог его контролировать. Куда бы ни указывал его меч, он сеял смерть и разрушение. Его власть была безгранична.

В то время даже крупнейшие силы Земель Небес не осмеливались открыто ему перечить.

— Старший брат, как ты здесь оказался? — спросила Лу Сыюй с любопытством. Она не знала, что Четверо Врат Меча пригласили Мин Чжо.

Мин Чжо загадочно улыбнулся: — Скоро узнаешь. Ладно, иди. Сражение за главенство Четырёх Врат Меча немного задержалось, пора начинать.

Лу Сыюй кивнула, поклонилась и удалилась.

Мин Чжо посмотрел на четверых на Мече-Основании: — Начинайте.

Как только слова слетели с его губ, аура меча резко изменилась. Лу Би первым поднял свой меч. Его сила воплотилась в каменные стены, покрытые письменами.

Лу Сычжань взмахнул мечом, атакуя Лу Би.

В то же время Лу Цзин направил свой клинок на Лу Фэйчэня. Его противником был только Лу Фэйчэнь.

Мастера Четырёх Врат Меча знали друг друга много лет и были хорошо осведомлены о силе противников. Не нуждаясь в каких-либо договорённостях, они сразу же выбрали себе соперников.

У Лу Цзина был лишь один смертельный приём, предназначенный для Лу Фэйчэня.

Лу Фэйчэнь тоже хотел увидеть мощь атаки Лу Цзина.

Лу Би решил выждать, пока остальные трое измотают друг друга. Один из глав Западных Врат Меча именно так и стал главой Четырёх Врат. Конечно, в этот раз у него было мало шансов на успех. Лу Сычжань был слишком слаб. Редко кто из претендентов на звание главы Четырёх Врат Меча находился на стадии Истока. Лу Би даже переживал за Лу Сычжаня. Если бы Лу Сычжань достиг царства Искупления, у него был бы шанс сразиться с Лу Фэйчэнем, и тогда у Лу Би появилась бы надежда. Сейчас же оставалось полагаться только на Лу Цзина.

Что касается техники Лу Сычжаня, Лу Би даже не смотрел на неё. Она не могла пробить его защиту.

Не только Лу Би, но и все остальные смотрели на Лу Цзина.

Лу Цзин был самым искусным воином Четырёх Врат Меча. Эта атака была его единственным шансом стать главой.

Подтвердить своё сердце картиной, узреть небеса и бескрайнее море.

— Тысячелетняя Картина, — произнёс Лу Цзин, и его взгляд стал суровым. Он вонзил меч, и в тот же миг мир вокруг исказился. Появились картины, на которых оживали горы, реки, цветы и птицы. Бесчисленные фигуры и иллюзии устремились к клинку, усиливая его мощь.

Каждое мгновение картина менялась.

Мин Чжо был удивлён: — Неплохая техника. Никто раньше не наделял силу меча таким бесконечным разнообразием. В Тысячелетней Картине не только сами картины, но и те, кто их созерцает.

— Мало кто в Девяти Небесах способен отразить эту атаку.

Услышав слова Мин Чжо, четверо старейшин улыбнулись. Хотя Четверо Врат Меча соперничали друг с другом, во внешнем мире они были едины. Глава Четырёх Врат Меча управлял всеми вратами, а не только одними.

Раз уж Мин Чжо так хвалил эту технику, значит она действительно была хороша.

В толпе Лу Инь сохранял спокойствие. Постоянно меняющаяся аура меча, глубокий смысл Тысячелетней Картины — всё это действительно помогло Лу Цзину постичь искусство смертельного удара. Если бы у него было достаточно времени и картин, его мастерство владения мечом росло бы бесконечно, пока не стало бы недосягаемым.

Но была ли это его собственная техника?

Этот удар принадлежал ему или кому-то другому?

На его технику слишком сильно повлияли другие.

Лу Фэйчэнь обнажил свой меч. Блеснуло лезвие, и Падающая Звезда устремилась вперёд, рассекая меч, человека и картины.