Глава 4306. Уступка

Цзи Хэ молча шёл вперёд. Лу Инь спокойно следовал за ним, прислушиваясь к доносившимся звукам.

Он посмотрел вперёд. В конце водной тюрьмы был человек, скованный цепями. Он сидел, скрестив ноги, то смеясь, то ругаясь, словно безумец, и смотрел по сторонам. Он мог видеть, что происходит у подножья горы Сотни Кулаков.

Эта формация из изначального сокровища была подобна отдельному миру, наложенному на реальный. Люди внутри могли ясно видеть всё, что происходило снаружи, но те, кто находился снаружи, не могли видеть и слышать то, что было внутри.

Этот человек был заточён здесь неизвестно сколько времени. Казалось, он мог рассказать что-то о каждом, кто приходил к горе Сотни Кулаков. Он знал, сколько раз кто-то приходил и почему не смог пройти испытание. Он говорил об этом, но, к сожалению, никто его не слышал.

И этот человек наслаждался этим.

Цзи Хэ подвёл Лу Иня к человеку и молча наблюдал за ним сквозь решётку.

Заключённый продолжал кричать, обращаясь к людям у подножья горы Сотни Кулаков, но его никто не слышал.

Внезапно он поднял голову, посмотрел на Цзи Хэ и резко протянул руку, дёргая цепи, которыми были скованы его руки и ноги. Звук лязгающего металла резал слух: — Уменьши сложность! Сделай испытание проще!

— Зачем? — спокойно спросил Цзи Хэ.

— Эти болваны не могут пройти его.

— Какое мне дело до того, что они не могут? Я что, должен принимать в ученики глупцов?

— Нет, но мне больно смотреть, как они терпят неудачу. Вон тот парень, он приходил сто семьдесят два раза! Какая искренность! Я тронут до глубины души! А ты?

— Хоть десять тысяч раз, — холодно ответил Цзи Хэ, — если не может пройти, значит недостоин.

— Жань Юй, с чего это ты вдруг стал таким сентиментальным?

Лу Инь посмотрел на заключённого. Жань Юй? Так его зовут?

— Ладно, не принимай его в ученики, — сказал Жань Юй, глядя на Цзи Хэ, — но хотя бы помоги ему избавиться от врагов.

— Меня это не касается, — равнодушно ответил Цзи Хэ.

— Ну помоги же! Мне невыносимо на это смотреть!

— Меня это не касается.

— Вы, культиваторы Пути Бесчувственности, совершенно бесчеловечны! — в ярости воскликнул Жань Юй.

— А ты разве не культиватор Пути Бесчувственности? — усмехнулся Цзи Хэ.

Жань Юй замер, моргнул и растерянно спросил: — Я? Культиватор Пути Бесчувственности?

Цзи Хэ промолчал.

Жань Юй опустил взгляд на свои руки и пробормотал: — Я… культиватор Пути Бесчувственности?

— Культиватор Пути Бесчувственности.

— Я тоже культиватор Пути Бесчувственности?

— Да, ты культиватор Пути Бесчувственности. Конечно культиватор Пути Бесчувственности. И что мне до них? Пусть умирают! Всем им смерть! Какое мне дело? Ха-ха-ха! Смерть — это хорошо! Эти болваны всё равно бесполезны! Ха-ха-ха!

Лу Инь молча наблюдал. Этот человек сошёл с ума.

Долгое заточение раскололо его личность.

— Этого человека зовут Жань Юй, — спокойно сказал Цзи Хэ, — он жил ещё в эпоху Девяти Бастионов.

— В эпоху Девяти Бастионов? — потрясённо переспросил Лу Инь.

Цзи Хэ посмотрел на Лу Иня: — Ты хотел узнать о Цзю Вэне? Спроси его.

Лу Инь прищурился и снова посмотрел на Жань Юя: — Когда его заточили?

— Вскоре после окончания эпохи Девяти Бастионов, когда эта вселенная обрела покой.

Лу Инь был поражён. Его заточили так давно и держат до сих пор?

— За что?

— За ужасные преступления. Не стоит его жалеть. Он заслуживает смерти. У тебя мало времени, спрашивай быстрее.

— Если я спрошу, он ответит?

— Если это касается Цзю Вэня.

Лу Инь пристально посмотрел на Цзи Хэ, затем перевёл взгляд на Жань Юя. Он хотел было заговорить, но вдруг остановился и снова обратился к Цзи Хэ: — Почему ты всё ещё здесь?

— Что ты имеешь в виду? — опешил Цзи Хэ.