43.2

Цуй Янь, Чан Юйцин и сопровождавший их конный отряд ехали в самом начале колонны и должны были вскоре покинуть подножие склона.

Без промедления был отдан приказ:

– Прикрыться щитами!

Пехота Северной Мо быстро выставили заграждение из щитов, из-за щитов начали отстреливаться лучники.

Конный отряд собирался развернуться, подняться по склону и атаковать южан, но Чан Юйцин остановил его и приказал не возвращаться, а продолжать ехать вперед и расчищать дорогу для тех, кто позади. Цуй Яню же он сказал не ввязываться в бой с армией Цзянбэя и как можно скорее уводить из этого места пехоту.

Цуй Янь полностью доверял суждениям Чан Юйцина и делал всё так, как тот велел. Продолжая отстреливаться, северяне уходили с подножия склона. Когда все они вышли из-под обстрела, ехавший впереди отряд конницы вдруг попал в другую засаду – подумав, что опасность миновала, северяне расслабились и были застигнуты врасплох. На какое-то время их ряды пришли в беспорядок.

К счастью, с Цуй Янем был Чан Юйцин. Один за другим отдавались краткие и действенные приказы, благодаря которым северянам удалось укрепить свои позиции.

Во время боя Чан Юйцин нашел свободный момент, оглянулся и посмотрел на северный склон. Там, на склоне, на полпути к вершине развевался на ветру штандарт главнокомандующего армии Цзянбэя. Под штандартом в окружении нескольких офицеров возвышался на лошади человек, он следил за обстановкой и время от времени давал указания. Должно быть, тем человеком была Амай. Чан Юйцин чуть улыбнулся и ударил копьем бросившегося к нему солдата южан.

Похоже, южане не были настроены сражаться на смерть, вскоре они начали отступать в горный лес. Цуй Янь хотел преследовать их, но Чан Юйцин остановил его. Когда Цуй Янь немного остыл, он понял: во время всех предыдущих засад они ни разу не видели штандарта главнокомандующего, почему же на этот раз южане подняли его? Очевидно, что это была провокация, попытка завлечь их. Может тот человек под штандартом и не Амай вовсе. Подумав так, Цуй Янь приказал своим солдатам как можно скорее покинуть поле боя. Не поддавшись на искушение, северяне дошли до места, вокруг которого было открытое хорошо просматриваемое пространство, разбили там лагерь и принялись приводить себя в порядок.

Потери были не так уж и велики, но боевой дух, бывший высоким все последние дни, оказался утерян.

Чан Юйцин какое-то время молча сидел, а потом принялся собираться в дорогу. Уже перед самым отъездом он сказал Цуй Яню:

– Если Май Суй будет продолжать уводить тебя на север, остановись, займи удобное для обороны место, хорошо укрепись там и дождись, пока с севера не придёт подкрепление от генерала Чжоу. Если вы ударите с двух сторон, то шансов на успех будет больше.

Цуй Янь слушал и кивал. Видя, что Чан Юйцин решительно настроен уехать, Цуй Янь хотел отправить с ним охранников, но Чан Юйцин отказался.

– Боюсь, еще не родился тот, кто сможет остановить меня. Сопровождающие будут мне только обузой.

Цуй Янь был вынужден согласиться и не стал настаивать. Он велел принести серебро и припасы в дорогу, а затем лично проводил Чан Юйцина из лагеря.

Человеком под штандартом главнокомандующего армии Цзянбэя действительно была Амай. С высоты склона ей был хорошо виден сражавшийся рядом с Цуй Янем человек в форме охранника – в его руках было копьё, и он многих убил. Посреди боя он оглянулся и посмотрел в её сторону. Амай знала, что на таком расстоянии он не может разглядеть её, но, тем не менее, вздрогнула – возникло необъяснимое чувство узнавания, и в голове тут же вспыхнуло имя.

Когда Цуй Янь не поддался на провокацию и вместо преследования увёл своих людей, догадка Амай окрепла – человеком, который помогал Цуй Яню, несомненно, был Чан Юйцин. Было непонятно только одно: почему Чан Юйцин был в форме охранника Цуй Яня?

Когда она рассказала об этом Сюй Цзину, тот тоже очень удивился.

– Так ты говоришь, что при Цуй Яне сейчас Чан Юйцин?

– Да, почти наверняка это он. Почтенный, нам не следует идти дальше на север. Нам надо вернуться на юг, иначе он догадается о наших намерениях.

Сюй Цзин согласно кивнул и стал внимательно рассматривать карту, размышляя о том, как можно отступить на юг.

Вот так, пытаясь поймать друг друга и не попасться, южане с северянами кружили в горах и словно играли друг с другом в прятки. Южане уходили то на восток, то на запад, то тихо пробирались мимо северян и возвращались немного на юг.

К концу девятого месяца Амай удалось, не раскрывая своих намерений, привести войско Чжоу Чжиженя к северо-востоку от Тайханшаня, к Линхэ. В тоже время вместе со своими людьми тайком вернулся Тан Шаои. Он и Чжан Шэн готовились объединиться, чтобы сообща нанести удар по силам Чжоу Чжиженя.

Благополучному возвращению Тан Шаои Амай была очень рада, он же по-прежнему держался с ней отстраненно, говорил только об армейских делах и ни о чем больше.

Амай понимала – он уязвлен тем, что она всё это время обманывала его. Если бы тогда, в Юйчжоу, он согласился выслушать, она, возможно, рассказала бы ему о своём прошлом. Теперь же, видя как он держится с ней, Амай чувствовала, что сказать что-либо уже невозможно. Чем дальше, тем более чужими друг другу они казались.