Глава 30.2

Му Яо не собиралась отпускать меня. Она встала и начала наседать на меня: «Ты придумала план, как заставить нашу семью Му взбунтоваться и, когда нас, в конце концов, сослали, все рабы поместья Му были выставлены на продажу. Раб есть раб, и его может купить кто угодно. Я говорила себе то же самое раньше, но… почему Линлун была куплена Хуа Шэнем?»

Внезапно я вспомнила, что сказал мне Хуа Шэнь в тот день: «Эта служанка — преступница, она сирота, у нее нет родственников».

Му Яо подошла ко мне, посмотрела на меня и сказала:

— Итак, Хуа Цянь, откуда, черт возьми, у тебя столько уверенности, чтобы утверждать, что Хуа Шэнь невиновен? Ничтожная наложница, которая умерла у дверей вашего поместья Хуа, была мне как сестра…

— Я… — Я открыла рот и почувствовала, как перехватило дыхание. Я всегда знала, что в этом инциденте виноват Хуа Шэнь, но… Я позволила Хуа Сяну разобраться с этим. Я прекрасно знала, что Хуа Сян благоволит ему, но всё равно пустила всё на самотёк. Неужели я тоже подсознательно чувствовала, что… это была всего лишь рабыня?

Му Яо прямо указала на тот факт, который я пыталась игнорировать. Я всегда со спокойной душой поддерживала поместье Хуа из-за их статуса.

Му Яо крепко схватила меня за воротник, заставив смотреть в ее глаза, полные ненависти:

— Однажды ты сказала мне, что больше никогда не будешь нападать на меня, и я почти поверила тебе. Но то, что случилось с Линлун, заставило меня понять, что я не могу простить тебя за всё содеянное поместьем Хуа. Все еще есть бесчисленное множество людей, которые страдают в темноте, и я больше не могу притворяться, что не знаю об этом.

— Так вот почему ты подставила Хуа Шэня? Чтобы отомстить за Линлун? — Я приподняла уголок рта, чувствуя, что вымученная улыбка, которую я пыталась изобразить в этот момент, должно быть, еще более уродлива, чем плач.

— Поскольку он остался безнаказанным, я решила, что позволю ему заплатить сполна. Вас не волнует жизнь служанки, так могу ли я, со своим статусом наложницы, устроить так, что с Хуа Шэня снимут слой кожи?

Сказав это, Му Яо разжала руки и яростно оттолкнула меня. Я в замешательстве врезалась в дверь, неловко ударившись левой рукой об косяк и почувствовав волну боли.

— Даже если это будет сделано таким образом? Используя того, кто тебя любит? — Я слегка согнула пальцы.

Му Яо отвернулась, и я не могла видеть выражения ее лица. Я только услышала, как она сказала:

— Пока я могу разобраться с вашим поместьем Хуа, все средства хороши.

— Хорошо… Я понимаю, — сказала я, не слыша собственного голоса.