39. Кулон

— Гх-х… А-а-а!

Глаза Рэйнбоу Дэш широко распахнулись, но они были не её.

Голд Петалс охнула. В тусклом свете свечей она попыталась вновь уложить пегаску на койку.

— Успокойся! Ты была в отключке… часов десять…

— Ай-й… жжётся… горит… — скрежетала зубами Рэйнбоу Дэш, метаясь в крошечной кровати. — Гр-р-р… Что… Что с моим… — Её копыто рванулось к горлу. У неё перехватило дыхание. На шее ничего не было. — Где?! Где он?!

— Ты казалась такой стеснённой во сне. Я взяла на себя смелость снять куло…

— Ты рехнулась?! — Рэйнбоу Дэш выпрямилась, рыча, словно зверь. — Где он?! Что ты с ним сделала?!

— Я-я…

— Отвечай!

— Там, на краю сто… — испуганно указала копытцем Голд Петалс.

Рэйнбоу Дэш кинулась туда, попутно опрокинув табурет со стопкой бинтов на нём. Тяжело дыша, она схватила и натянула на себя золотое ожерелье, неуклюже нащупывая застёжку.

— Послушай, позволь мне… — начала было Голд.

— Я сама! — огрызнулась Рэйнбоу.

Вся в нетерпении, она сосредоточилась и в конце концов надела артефакт. Ощутив его привычную тяжесть, она тут же с облегчением выдохнула и тяжело осела, привалившись к ближайшей стене. Незримо текли вязкие секунды, пока она, вся в поту, пыталась успокоиться.

Голд Петалс беспокойно ёрзала, пытаясь унять озноб. Закусив губу, она собралась с духом и прошептала:

— Твои глаза. Ещё минуту назад они были… другими.

— Понятия не имею, о чём ты.

— Они были красными, но иного оттенка. А белки пожелтели…

— Ты ничего не видела.

— Но…

— Да ничего ты не видела! — рявкнула Рэйнбоу Дэш. — Я знаю, что сама подшучиваю над многим, но сейчас я совершенно серьёзна!

Маленькую комнату на несколько мгновений заполнило эхо от этого крика, вскоре сменившееся тишиной, которую нарушало лишь тяжёлое дыхание Рэйнбоу. Застонав, она села прямо и провела копытом по гладкому лбу, радуясь тому, что сон остался лишь сном.

— Слушай, прости меня. Ты, само собой, многое сделала, присматривая за мной после… ой-й-й… — Она чуть вздрогнула, прикоснувшись к бинтам на спине. — Гхм. Так что спасибо тебе и всё такое. Но есть нечто, что ты должна знать — на случай, если я окончательно сойду с ума и буду и дальше тусоваться на вашей вечеринке. — Она сглотнула и пристально взглянула в глаза Голд Петалс, нервно теребя за края свой украшенный рубином кулон. — Ты никогда… НИКОГДА не должна снимать его с меня. Поняла? Неважно, сколько этих грёбаных нетопырей из тартаровой бездны надумают ранить меня, но эта штука всё время должна оставаться на моей шее. Ты поняла?

Голд Петалс опустила голову.

Рэйнбоу Дэш продолжала смотреть на неё. Вдруг ей почудилось, что уголками глаз она увидела вспышку цвета лаванды. И потому она зажмурила их, переполненная чувствами, затем открыла вновь… довольная тем, что всё пришло в унылую, как и сам Виндтроу, норму.

— Правда. Спасибо за всё. Дело в том, что… ну… я могу оказаться и в худших переделках, чем быть чутка погрызенной летающими чемоданами. И, по правде говоря, я… — Она замерла посреди сбивчивой речи, прянув ушами. — Что… Что за переполох?

Голд Петалс выглянула за хлипкую дверь лачужки. Мимо промчались несколько пони, направляясь к шумному столпотворению в центре города.

— Ну? — подняла бровь Рэйнбоу Дэш. — Бог-покровитель ряженых у тебя язык отнял?

— М-м-м-м… — тихонько промычала Голд Петалс. — Это Слейдстид.

— А что с ним?

— Пока ты была в отключке, он созвал срочное собрание.