Глава 60

Когда Уртблад остановил свое войско у южного подножия Саламандастрона, заходящее солнце уже целовало океанский горизонт. Вчера в этот час он еще не дал своим выдрам команды к действию, а теперь гора была успешно захвачена, бойцы Долгого Патруля — безопасно усмирены, и он стоял на пороге дома, в котором не жил уже двадцать сезонов.

Саламандастрон еще оставался тусклым и далеким плоскоголовым конусом на северном горизонте, а капитан Клистра уже спустился с небес, чтобы встретиться со своим повелителем и доложить об успехе мисси Сэйбрука. Барсук встретил новости лишь кивком, словно ничего другого он и не ожидал. Передав новости, Клистра вновь взмыл на север, чтобы присоединиться к Халприн и выдрам в обороне крепости.

В тот день Уртблад гнал свои войска вперед, и их поход усложнялся рыхлым, зыбким песком, уходившим из-под лап. Правда, чем дальше на север они шли, тем тверже становилась земля — там ночью прошел дождь посильнее, и по влажному песку было легче идти.

Во главе колонны Уртблад поставил мышиный отряд капитана Абеллона. Это позволяло сохранить приемлемый темп марша для более мелких зверей с короткими лапами. Землеройки были меньше мышей, но они шли достаточно бодро, чтобы не отставать. Тем не менее, когда они достигли подножия Саламандастрона, их лапы весьма устали.

Уртблад повернулся и окликнул капитана Маттуна. Хорек-командир обогнул ряды Абеллона, добежал до своего предводителя, резко остановился в песке и быстро отдал приветствие Уртбладу.

— Я прошу вас всех оставаться здесь, пока я первым войду в Саламандастрон, — сказал Уртблад, обращаясь к Абеллону и Маттуну. — Я не был в своём родном доме уже столько сезонов. Думаю, будет правильно, если я переступлю этот порог в одиночку. Дам вам знать, когда можно будет входить.

— Ага, — кивнул Маттун. — Это, вижу, нечто знаковое?

— Да. Было бы еще более символично, если бы я мог пройти через главный вход, выходящий к морю, но капитан Сэйбрук сказал, что он крепко запечатан. Так что я войду тем же путем, которым шли мои силы прошлой ночью. Вход там, — Уртблад указал вверх, — примерно на середине южного склона. Скорее всего, остальным тоже стоит заходить так — это ниже северного тоннеля.

— Да, сэр, — ответил Абеллон, — но это всё равно довольно высоко. Кроты от такого подъема не будут в восторге. Я пока не вижу этот вход отсюда, но, думаю, он станет заметнее, когда начнем подниматься, верно?

— Он несколько скрыт, — кивнул Уртблад. — Я поставлю снаружи кого-нибудь из птиц или выдр, чтобы указать вам путь. Но сперва я хочу осмотреть внутренности Саламандастрона, прежде чем его заполнят войска. Для меня это особенный момент.

— Понятно, — почти одновременно сказали Абеллон и Маттун.

Уртблад начал подниматься по склону.

— Дайте войскам отдых, капитаны. Уверен, они хотят размять лапы. Устраивайтесь на вечерний привал прямо здесь. Я пошлю за вами, когда придет время войти в гору.

— А когда это примерно будет, милорд? — спросил Маттун.

— Не раньше, чем стемнеет, — отозвался Уртблад через плечо. — И без костров. Мы на открытом побережье, а морские крысы зорко следят за огнями.

* * *

Осмотр крепости затянулся у Уртблада до самого вечера.

Он побывал во всех уголках Саламандастрона — от самых нижних подвалов и кладовых до крыши-плато, откуда оглядел окрестное побережье, окутанное сумерками. Было видно, что этот запутанный лабиринт туннелей был для него как старый друг. Никто из его воинов ни раз не видел, чтобы он хоть на миг запнулся или проявил неуверенность. Лорд Уртблад вернулся домой.

Но коридора к залу, где были зайцы, он избегал. Он пока не был готов встретиться с ними.

В крепости всё ещё ощущался резкий запах сонного дурмана, несмотря на все усилия выдр проветрить помещения. Халприн и Клистра большую часть дня хлопали тканью у крыши лестничного выхода, усиливая тягу. Отряд Сэйбрука прошел по всем этажам, снимая шторы и занавеси с окон. Но, похоже, чтобы воздух в крепости окончательно очистился, нужны были еще сутки.

Наконец, Уртблад велел Клистре спуститься к войску и передать, что можно входить.

Уже давно стемнело, но никто из солдат не спал после ужина — все знали, что приказ может поступить в любую минуту. Абеллон и Маттун с другими капитанами быстро выстроили войска в колонну. Несколько выдр вышли к тоннельному входу, зажгли факелы и фонари, чтобы осветить путь. К счастью, ночь выдалась ясная, и при ярком месяце подъем был куда легче, чем прошлой ночью.

Полтысячи бойцов с оружием — такого количества воинов в этих стенах не бывало уже многие поколения. Отряд кротов Утрблад направил в нижние подвальные уровни, вместе с ежами Тилламука. Отряду Бремо и выдрам Сэйбрука достались кухни, хотя большинство выдр пока оставались в коридорах у зала, где держали зайцев. Крысиный взвод капитана Чермака разбил лагерь на крыше, охраняя верхние уровни вместе с двумя хищными птицами. Другая крысиная бригада, под командованием Лорша, заняла бывшие казармы Долгого патруля, а также уровень кузницы. Ласки Маттуна, хорьки Порька и горностаи Бандона получили главный обеденный зал и прилегающие коридоры.

Когда все подразделения заняли свои места, любому зайцу, рискнувшему на побег, было бы непросто найти хоть один туннель, свободный от воинов Уртблада.

Четырнадцать канистр с сонным маслом оставались целыми. Уртблад приказал перенести их в главный арсенал, вместе со всем оружием, которое было изъято у спящих зайцев. Затем тяжелые двери оружейной заперли на три засова и поставили туда усиленную охрану. Уртблад не испытывал недостатка в оружии и припасах, но он не собирался оставлять зайцам ни единого шанса вернуть свое снаряжение.

Когда все было устроено, как он задумал, Уртблад наконец позволил себе немного расслабиться. Час был уже поздний, но он велел выдрам с землеройками приготовить из припасов кладовых самый роскошный ужин, который можно было. Ежам было поручено достать что-нибудь подходящее из винных подвалов. А затем он отправился к пленным зайцам.

* * *

Зайцы из Долгого Патруля прекрасно услышали, что войско Уртблада вошло в Саламандастрон. Если сам Лорд-барсук пока избегал появляться перед пленными, то его солдаты этого отнюдь не делали. И потому Клевистон и его товарищи оказались зрителями почти нескончаемого парада крыс и мышей, маршировавших по коридору мимо них: сначала отряд Чермака пробирался вверх к плато, затем крысы Лорша и мыши Абеллона направлялись в бывшие комнаты зайцев.

— Ей-ей, да тут целая прорва этой сволочи! — воскликнула Мелани. — Может, они просто гоняют одну и ту же толпу кругами, чтобы мы думали, что их больше, чем есть на самом деле?

— Я бы не удивился, знай я, на что способен Его Кровавость, — пробормотал Клевистон. — Но в этом случае, Мел, думаю, всё по-честному. Помнишь, Тревеллер рассказывал, что Уртблад привел с собой огромную орду с Севера? Вот держу пари, вся эта орава уже здесь, в Саламандастроне.

— Да уж, — скривился Пеппертейл. — Эти мерзкие поганцы, бродят тут, как у себя дома, да ещё и смрад по всей горе распускают, а мы сидим тут, паримся в собственном соку! Где справедливость, спрашивается?!

— Видели этих крыс? — Мизагель передернула плечами. — Живые кошмары, вот что! Никогда бы не подумала, что такие страшилища будут разгуливать по нашим родным залам!

— Крыс-то я ожидала, — пробурчала Гивадон. — Но вот эти мыши… брр! Я-то всегда думала, что мыши — мирный народец!

— Может, это какие-то карликовые крысы? — спросила Мизагель.

Гивадон фыркнула:

— Сестрица, ты что, разучилась отличать мышей от крыс?

— Ну, я просто предположила, Гиви!

В коридоре снова послышались шаги. Зайцы замолчали.

В проеме появился капитан Сэйбрук, пригнув голову, а затем быстро отступил в сторону. Фигура в красных доспехах, ступившая следом, не нуждалась в представлении. Несколько зайцев инстинктивно попятились по полу, когда Уртблад приблизился, нависая над ними, словно хулиган, отобравший у малышей их игрушки.

Барсук оглядывал двадцать зайцев молча, будто заглядывая им прямо в души. Его присутствие настолько подавляло, что ни у кого даже не возникло мысли прервать тишину.

Сэйбрук шагнул вперед и указал на Галлатина:

— Вот их главарь, милорд.

Уртблад посмотрел на указанного зайца, но лишь слегка прищурился.

— Сомневаюсь, — пробасил он, затем перевел взгляд на старшего зайца рядом. — Клевистон. Я помню тебя. Когда я покидал Саламандастрон, ты только получил звание капитана. Должно быть, теперь ты куда выше по чину. Скажи, какое у тебя звание?

В голосе Уртблада было что-то такое, что заставляло отвечать правду.

— Полковник.

Барсук кивнул.

— А мой брат не из тех, кто раздает звание генерала направо и налево. Значит, выходит, ты верховный командующий Патруля?

— Да… да, выходит так.

— Прекрасно. Нам есть о чем поговорить.

Уртблад вынул откуда-то кинжал, наклонился и ловким движением перерезал веревку, связывавшую лапы Клевистона.

— Повернитесь, полковник.

Клевистон, ошеломленный столь неожиданным поворотом, послушно развернулся спиной. Ещё один точный взмах лезвия — и его передние лапы освободились. Он тут же вновь повернулся лицом к барсуку.

Уртблад передал нож Сэйбруку, затем протянул лапу и помог Клевистону подняться на ноги.

— Прошу прощения за такое обращение, полковник. Но до меня доходили слухи, будто мне здесь теперь не рады.

Клевистон молча смотрел на него, сбитый с толку. Он представлял себе их первую встречу совсем иначе.

— Чего тебе надо? — спросил он прямо.