Глава 6 Реализация (часть 5)

Драко в недоумении уставился на Гермиону. Его сердце колотилось, переполненное эмоциями. Он не мог поверить, что она предлагает ему одежду своего деда.

Грейнджер внимательно наблюдала за ним, ожидая его реакции, но Малфой просто не мог ей ответить. Слишком много всего сразу. Его мысли разделились между открытием новой комнаты и шагом Гермионы к нему. Он был ошеломлен.

Драко смотрел на неё, думая, что она может сделать для него, что Малфой может позволить ей. Но она оставалась неподвижной, ожидая ответа, которого не последовало. Отчасти он хотел бы, чтобы Гермиона сказала ему, что делать.

Но стала бы она это делать? Он знал, что не скажет. Она не была им. Гермиона относилась к нему как к равному, как ни странно. Она не смотрела на него с той жалостью, которую, очевидно, испытывали остальные. Она не общалась с ним так, будто он вот-вот развалиться на две части, как только Гермиона на него взглянет. Казалось, она делала то, что могла, а не то, что должна была делать. Грейнджер просто была собой и делала все, что могла.

Гермиона выглядела такой же потерянной, как и он. И это обнадеживало.

Эта одежда была для нее личным, и все же она предлагала ее ему. Когда в последний раз кто-то предлагал ему что-то настолько человеческое, настолько простое, настолько заботливое?

Конечно, его друзья спасли его из Азкабана и поставили на ноги. Они одевали его месяцами, писали ему письма и делились с ним всеми своими приключениями.

Но, глядя в глаза Гермионе, Драко в глубине души понимал, что это совсем другое. Это предложение имело особый привкус — обновления, перемен.

Отдавая дедушкину одежду, Грейнджер дарила ему частичку своего прошлого, она демонстрировала… свое доверие. Да, доверие. У него возникло ощущение, что это впервые, что здесь еще никто не бывал.

Сердце заколотилось от одной этой мысли. Этот момент был уникальным. Драко чувствовал, что и он в какой-то мере тоже.

Что изменилось за семь лет? Что изменилось в ней, чтобы она оказала ему такое доверие, которого, как ему казалось, он никогда не заслуживал?

Малфой вспомнил самое начало их обучения, когда впервые встретил ее глаза. Когда невинность окутывала их души, а страх перед неизвестностью заставлял сердца биться быстрее. Он вспомнил, как она улыбнулась, когда он любезно позволил ей сесть в поезд раньше него на первом курсе. Это был единственный раз за все время их учебы, когда она проявила такую доброту. Тогда она не чувствовала на него обиды. Они были просто двумя незнакомыми друг другу детьми.

Теперь же это произошло во второй раз. В ее глазах сверкнула непонятная ему эмоция. Страх, подумал он. Страх, что он откажется.

И этого было достаточно, чтобы тронуть его, чтобы заставить затрепетать. Она была рядом, он был не один. Больше нет. Гермиона была рядом, чтобы подхватить его, если он упадет, потому что доверяла ему. Теперь и Драко доверял ей. Он чувствовал, как у него вырастают крылья при одной только мысли о ее присутствии. Это было просто, это было естественно. Это было по-человечески.

Малфой не позволил себе больше думать об этом. Не обращая внимания на дрожь в пальцах, он поставил ногу на первую ступеньку лестницы. Он смотрел на Гермиону только для того, чтобы проверить, нормально ли спускается.

В животе медленно нарастал комок тревоги, когда Малфой осознал, что делает. Он никогда не видел этой комнаты, ни на секунду не задумывался об опасностях, которые она может таить. Не думал о том, как сюда попасть, не анализировал ее. Не считал ступеньки, количество ящиков и паутину, которая, казалось, скопилась повсюду.

Зачем беспокоиться обо всем этом, если с ней все было так просто, так естественно?

Теперь их разделяло несколько шагов. Драко не отрывался от взгляда Гермионы, как будто это было единственное, что могло удержать его на ногах, заставить идти дальше. Он находил в нем утешение и поддержку, хотя она ничего не говорила и не двигалась.

Время шло медленно, но в конце концов он остановился перед ней. Ему удалось с легкостью пересечь подвал. Гермиона отвернулась, и он подумал, что сейчас упадет в обморок. Его якорь исчез. Драко сосредоточился на ее голосе, когда она открыла рот.

— Я не открывала эти коробки годами, — тихо сказала она.

Этот голос эхом отозвался в груди Драко, и он сосредоточился на нем, чтобы не вздрогнуть и не убежать.

— Я помню несколько старых джемперов, принадлежавших моему дедушке, но я не открывала их все. В основном опустошила бабушкины, так что там должно быть много, по крайней мере, до конца зимы.

Он кивнул в ответ, слишком смущенный, чтобы произнести хоть слово. Его сердце колотилось в груди так, словно он только что взобрался на Эверест.

Гермиона наклонилась, чтобы открыть первую коробку, и, вновь обретя доверие к ней, он проследил за ней взглядом, позволяя вести себя за собой. Драко следовал за ней без лишних вопросов, уверенный, что поступает правильно. Он доверял ей.

В первой коробке лежало множество толстых простых рубашек, которые выглядели так, словно их тщательно сложили и выгладили перед тем, как убрать на хранение. Среди них было несколько разных цветов — от голубого до серого, коричневого и зеленого. Он никогда не носил так много цветов, даже в одежде Блейза.

Гермиона взяла темно-синюю и развернула ее, чтобы проверить размер. Затем она подняла на него глаза, и ему показалось, что та сравнивает его тело с одеждой.

— Думаю, она подойдет, — сказала она, опуская руки, — но тебе… тебе стоит примерить его, чтобы убедиться.

От ее предложения Драко покраснел, сам не понимая почему. Под невинным взглядом Гермионы он почувствовал, как его лицо разгорелось. Неужели она не видит в этом ничего плохого? Разве это нормально, что она предлагает ему такую одежду?

Он и сам не понимал, почему так реагирует. Из-за ее присутствия? Или потому, что это была одежда незнакомца?

Она протянула ему рубашку, и Драко взял ее. Пальцы Гермионы коснулись его, когда она проходила мимо, и он удивленно поднял на нее глаза. Ее лицо тоже стало розовым, и она отвела взгляд. Драко подумал, что они, должно быть, выглядят так глупо, краснея, как подростки. Тем не менее, это казалось нормальным, если не сказать уместным. Он не мог представить, что будет вести себя уверенно, как в юности. Это было иронично. Разве с возрастом человек не должен обретать уверенность в себе?

— Я дам тебе место, чтобы ты мог примерить, — пробормотала она, уже направляясь к выходу из подвала, — можешь посмотреть в других коробках, там есть брюки и обувь, ты…