Глава 1048. Дракон Творения

— Принять Меч Алайи голыми руками? Его пальцы лишь слегка треснули, а потом он изгнал энергию меча. Боюсь, даже мы с тобой едва ли на такое способны.

— Обычный Золотой Бессмертный, столкнувшись с внезапной атакой Меча Алайи, просто не успел бы среагировать.

— Меч Алайи — это нечто, оставшееся с давних времён, неизвестно сколько вселенских эпох назад. Он не относится к трём тысячам великих путей, но гораздо таинственнее их. И Чэнь Синю удалось овладеть им. С таким искусством меча даже выдающиеся Золотые Бессмертные уступят ему. Если он сам достигнет уровня Золотого Бессмертного, то станет непобедимым среди них.

— Но кто такой этот Фэн Юань? Какую технику он практикует, чтобы суметь противостоять Мечу Алайи?

— Он непостижим, шаг за шагом проявляет свой талант. Похоже, Вратам Вознесения сопутствует удача, раз появился такой гений. В будущем его нужно как следует взращивать.

— А что, если у него есть скрытые цели?

— Если бы у него были скрытые цели, он бы не стал так выставлять себя напоказ и так безумно браться за задания. Подумай, если бы за ним стояла какая-то организация, разве ему нужно было бы зарабатывать изначальную энергию?

— Верно сказано, но всё же за ним нужно понаблюдать.

Пока Фан Хань и Чэнь Синь обменивались ударами мечей, за ними наблюдало множество выдающихся Золотых Бессмертных. Они оживлённо обсуждали происходящее, не переставая изумляться, и Фан Хань произвёл на них глубокое впечатление.

— Интересно, кого из них двоих выберут в Ученики-семена?

— Будет жаль, если выберут лишь одного из них. Но в столкновении сильных всегда выявляется сильнейший. Однако даже с их гениальностью, среди Учеников-семян они будут лишь обычными. Наши Ученики-семена Врат Вознесения — это сильнейшие мастера, отбиравшиеся на протяжении бесчисленных лет Бессмертного Мира, их сила накапливалась из поколения в поколение. Они соревнуются за звание Святого Сына. В будущем Небесный Двор проведёт поединки между Учениками-семенами всех великих сект, и даже Небесные Владыки обратят на них свой взор. Если появится поистине несравненный гений, его будут взращивать.

— У нас такого шанса уже не будет.

Несколько выдающихся Золотых Бессмертных из Врат Вознесения сокрушённо вздохнули.

Они лишь управляли истинными учениками, занимая незначительные руководящие посты. Истинная мощь Врат Вознесения лишь приоткрылась, словно верхушка айсберга.

— Я возьму следующее задание.

Увидев, что Чэнь Синь ушёл, Фан Хань втайне изумился. Меч Алайи его противника выходил за рамки трёх тысяч великих путей этой вселенной и был даже древнее шаманства. Если бы он не практиковал Малую технику Судьбы и не постиг отпечаток души Врат Бессмертия, то, вероятно, был бы повержен одним ударом. Потому что волю Алайи было бы невозможно сломить.

Все техники этой вселенной произошли от трёх тысяч великих путей, и все их изменения не выходят за эти рамки. В предыдущей вселенной преобладало шаманство.

Что касается вселенной, где процветало шаманство, то наверняка была и та, что ей предшествовала. И так далее, если проследить до доисторических цивилизаций, существовавших до многократных сотворений мира. Все они были разнообразны, с богатым арсеналом божественных способностей и путей совершенствования.

Конечно, эти эпохи слишком далеки, их возраст измеряется годами хаоса.

Например, в талисмане Будды Безграничной Свободы молодой монах в золотых одеждах и с босыми ногами пел: «От роду мне всего восемнадцать лет, один хаос — один год». Это означало, что он пережил восемнадцать сотворений мира, восемнадцать эпох хаоса. Какая же это древность! Существо, превосходящее Небесного Владыку.

Однако после многократных сотворений мира и перерождений вселенной многое из того, что передавалось из прошлых эпох хаоса, почти полностью исчезло. Получить хотя бы что-то из этого наследия — величайшая удача или же следствие незримой кармической связи.