Глава 57

Итак, вот как дела обстояли сейчас: Тео снова стал далёким и недосягаемым, а Драко снова стал абсолютным придурком. Здорово. А Гермиона-то думала: снимешь браслет — и всё наладится!

Гермиона всё же хотела поговорить с Тео. Чтобы знать, почему он её избегает. Незнание сводило девушку с ума. Если так должно продолжаться до конца года, тогда ладно, но если нет… они просто теряли время.

Гриффиндорка решила поймать его в субботу, через две недели после окончания пари, проследив за ним после обеда. Хотя кое-кто оказался быстрее неё. Падма Патил сумела догнать его прямо у подножия лестницы на второй этаж и теперь оживлённо разговаривала с ним о чём-то.

Гермиона остановилась в замешательстве. Обычно Тео не особо разговаривал с кем-то, но она предположила, что он работал в тесном контакте с Падмой в течение месяца или около того. Девушка сомневалась, стоит ли их прерывать, поэтому она немного задержалась, ожидая окончания их разговора.

Пока она наблюдала, Тео одарил Падму одной из своих редких искренних улыбок, и хотя она знала, что это абсолютно ничего не значит, это полностью устранило желание Гермионы поговорить с ним прямо сейчас. Вместо этого она повернулась, чтобы посидеть с друзьями ещё несколько минут.

Позади себя она обнаружила Малфоя, мрачно взирающего на неё и на пару перед ней, и, вероятно, делающего свои собственные выводы, которые, по-видимому, ему совсем не понравились. Она ничего не поняла. Если бы на самом деле что-то между Тео и Падмой происходило, то его желание исполнилось, и она больше не находилась бы рядом со слизеринцами, а если бы не происходило… ну, тогда ничего не изменилось. В любом случае у Драко не было причины выглядеть так, будто он хотел убить. Тео.

Когда она проходила мимо него, он застал её врасплох.

— Они просто разговаривают.

— Я знаю, — ответила она, едва глядя на него, не останавливаясь на пути к Большому Залу.

***

Драко не верил, что когда-либо за всю свою жизнь был так зол на кого-либо. Что, черт возьми, делал Тео? Он не должен игнорировать Грейнджер и вместо этого разговаривать с Патил больше, чем он когда-либо говорил с кем-либо ещё.

Изумлëнный взгляд на лице Грейнджер, за которым последовали растерянность и неуверенность, заставили Драко захотеть надавать пиздюлей своему бывшему другу. Он не должен причинять ей боль. Драко ведь дал понять, что хочет, чтобы Тео встречался с Гермионой, если Драко не смог. Тео не может просто бросить её. Если он, конечно, хочет жить.

Пусть Тео просто разговаривал, что Драко и пытался сказать Грейнджер, когда та возвращалась, но если бы Тео не отвергал её так часто в последнее время — о, да, Драко заметил, ведь он не мог не обращать внимания на то, что происходит между этими двумя — она ​​бы сейчас не сомневалась в нём. А она правда сомневалась, Драко мог сказать, что она сомневалась. Он предположил, что ей может быть даже больнее, чем она показывала. Влияние браслета было всё ещё достаточно сильным, так что простое подозрение на боль заставило его захотеть оторвать руки Тео и избить его до смерти.

— Тео, — прорычал он, подойдя достаточно близко, чтобы поговорить с ним.

Тео поднял взгляд на подошедшего.

— Я поговорю с тобой позже, Падма, — сказал он.

Падма. Так вот кто это. Драко посмотрел на девушку, в последний раз улыбнувшуюся Тео, а затем поспешившую прочь.

— Какого черта, ты думаешь, ты делаешь? — требовательность поинтересовался блондин.

Тео поднял бровь.

Полагаю, я разговаривал с заместителем Старосты?

— А что насчёт настоящей Главной Старосты девочек?

— А что с ней? — спросил Тео спокойно, как всегда, но Драко подумал, что он может чувствовать край растерянности и, возможно, настороженности.

— Что Ты делаешь ей больно, — прямо заявил Драко. — Продолжай в том же духе, и никто никогда не найдёт твой труп.

Глаза Тео стали излучать холод.

— Ты не можешь влезать в наши отношения, Драко.

— Ты из-за меня ничего не делал, так? Если ты хоть немного беспокоишься о ней или о том, что я думаю, ты сделаешь что-нибудь.

— Ты ставишь меня в невыносимое положение.

— Знаешь. — он собрался с духом и сказал Тео то, что он никогда не хотел, чтобы тот знал. Кто-то должен был остановить его, чтобы он не вёл себя как нерешительный мерзавец… Жаль, что это произошло за счет последней гордости Драко. — Да, я ее поцеловал, — выдавил он. — В трёх разных случаях. Однажды она была пьяна и вне состоянии, однажды она ударила меня, и однажды… — парень сглотнул, это было тяжело. — Однажды браслет повлиял на нее, и она подумала, что я пытался изнасиловать её. Она никогда не простит мне этого. Я понимаю, что она не хочет меня, и я понимаю, что это был просто браслет, который творил свою магию, когда… казалось, что она тоже хочет меня, но это магия браслета, которая влияла на нас. Я понял всё, что ты хотел мне объяснить. — Драко начинал заикаться. Было охренительно трудно быть таким честным. — Хватит уже её путать. Я знаю, что вы нравитесь друг другу, так что просто… сделайте это уже, хорошо?

Тео теперь выглядел открыто удивленным и обеспокоенным.

— Она думала, что ты её изнасилуешь?

— Это не важно, Тео! — Драко был раздражëн очевидным отсутствием внимания Тео. — Ты вообще слушаешь?

— Я слушаю, — Тео бормотал голосом, который заставил Драко думать, что он услышал больше, чем то, что было сказано. Ну, пусть он услышит чувства Драко. Это не имело значения, всё, что имело значение… Ха, он превращался в какого-то педрилу.

— Значит, ты это сделаешь?

— Посмотрим, правильно ли я понял… Ты хочешь, чтобы я встречался с девушкой, которую ты хочешь, чтобы ей стало лучше, что, в свою очередь, заставляет тебя чувствовать себя лучше?

— Ты говоришь так, будто не хочешь, — пробормотал Драко, игнорируя ту часть о желании.

— Я действительно хочу, — заверил его Тео, — но я также хочу, чтобы мы остались друзьями. Ты не был дружелюбным в последнее время, и я могу только догадываться, почему.