Том 24 Глава 2

Если у меня и оставались какие-то сомнения, что это была Александрия, то они полностью рассеялись, когда она атаковала снова. Она ударила, когда Бегемот начал подниматься на ноги. Места для разгона было всего ничего, метров двадцать, но сила столкновения говорила о многом.

Бегемот поглотил удар и перенаправил его в землю. Он не тронулся с места, как будто удара и не было, но земля под ним покрылась трещинами, словно разбитое стекло. Вокруг него взметнулись облака пыли и обломков, а трёхэтажное здание, потеряв последнюю опору, рухнуло. Бегемот слегка погрузился в разрушенный асфальт.

Я заметила, как изменилось его поведение. Раньше он шагал вперёд так, как будто Легенда, Эйдолон и металлические модули представляли собой не более чем сильный встречный ветер. Теперь же его движения были точно рассчитаны, нацелены на противника, который кружился, входя и покидая зону его прямой досягаемости, и которого, в отличие от неуловимого Легенды и закрытого щитом Эйдолона, можно было достать.

Она рассказывала мне, что они с Губителями знают, как сражаться друг с другом, и сейчас я смогла увидеть это воочию. Изменение тактики Бегемота, должно быть, вызвано появлением знакомого противника.

Это была битва четверых, каждый из которых не мог даже и надеяться нанести противоположной стороне существенный урон. Модули Дракона, да и все остальные кейпы казались не более чем статистами. Александрия кружила за пределами зоны смертоносности Бегемота, её соратники и их поддержка обстреливали его издалека. Они уничтожали опору под его ногами, пытались достать его, когда он отвлекался на кого-то из противников, и его способность перенаправлять энергию атаки была снижена.

Он не мог постоянно уделять внимание ей одной. Она ждала, когда он переключится на другого участника битвы, огнём и молниями попытается сбить находящихся в воздухе кейпов, и тогда наносила удар. Девять раз подряд ему удавалось направить энергию ударов в воздух в виде ударных волн либо в землю, что сопровождалось грохотом и паутиной трещин на асфальте. Бегемот даже не вздрагивал от её ударов и снова и снова был на волосок от того, чтобы схватить её. Он реагировал со сверхъестественной быстротой, замахиваясь лапами в попытках поймать, вмазать в землю или загнать под обломки падающих зданий, чтобы успеть подобраться ближе.

В те же моменты, когда ей удавалось пробить его защиту, и маленький силуэт вдали с развевающимся позади чёрным плащом внезапно нырял в его смертоносную зону, чтобы нанести удар или серию ударов, Бегемот оступался, на краткое мгновение снова оказываясь во власти физики.

В каком-то смысле Александрия делала то же самое, что и наш громоотвод, — устраивала для всех небольшую передышку. Конечно, пока поблизости проходили боевые действия, мы не могли быть в полной безопасности, но она самую малость облегчала нам жизнь, уменьшая наносимый Бегемотом ущерб, кроме случаев, когда он специально находил способ нейтрализовать её.

Не слишком ли она осторожничала? Я заметила, что она упустила несколько открывшихся возможностей, которыми я бы на её месте воспользовалась — когда он поворачивался к ней спиной и был чем-нибудь занят. Она знала что-то, чего не знала я? Может, это был искусно притворявшийся самозванец? Или она просто чуть больше боялась за свою жизнь после того, что с ней сделали мои насекомые?

Но как бы эффективно его не отвлекали, он оставался Бегемотом — всё тем же беспощадным живым танком, который мог преодолеть любое препятствие и почти любого противника, обрушивая на них бесконечный поток дальнобойных залпов. Он дошёл до громоотвода и опрокинул его на землю.

Я вспомнила о своих товарищах и спустилась к ним на землю, где они всё ещё пытались привести сани в порядок. Цепи, протянувшиеся от собак к упряжи, перепутались между собой.

— Какого чёрта это было? — спросил Тектон.

— Александрия, — ответила я.

— Ты убила Александрию, помнишь? — прокомментировал Регент. — Ты ужасный человек, который делает ужасные вещи.

— Отстань от неё, ты! — непривычным голосом сказала Чертёнок. — Видишь, как её гложет вина, у неё даже начались галлюцинации!

— Мы можем хотя бы постараться быть серьёзнее?

— Не дави на них, — сказал Тектон. — Некоторые люди прибегают к юмору, чтобы справиться с тяжёлыми ситуациями.

— Так и есть, — сказал Регент с видом знатока.

— Нет, — возразил Мрак. — Они просто идиоты. Вы двое, заткните свои рты. Тут взрослые разговаривают.

Чертёнок показала ему средний палец.

Он повернулся ко мне:

— Это Александрия? Ты уверена?

— Возможно ли быть уверенным в чём-либо? Клоны, альтернативные реальности, исцеляющие способности… Могло произойти всё что угодно.

Вдали в небо взлетела ярко светящаяся оранжевая сфера. Она достигла наивысшей точки траектории, начала снижаться и с грохотом упала за горизонтом.

Я развернулась и подлетела к краю крыши, чтобы взглянуть на битву. Бегемот расплавил часть металлической руки Голема и слепил из расплавленного металла раскалённый комок. Ещё один, более холодный и бесформенный, лежал рядом с ним. Александрия попыталась выбить его, но Бегемот подхватил его лапой. Он нагрел его, пряча от огня Эйдолона и Легенды за своим телом, затем швырнул в воздух. Покинув зону смертоносности Губителя, снаряд ярко вспыхнул и полетел по той же траектории, что и предыдущий.

Лазеры державшихся на расстоянии кейпов разрезали вторую сферу на куски до того, как она долетела до своей цели.

Мрак натянул цепь, посмотрел на Рейчел. Та только кивнула.

Мы снова начали движение.

Я вернулась к разведке, удостоверяясь, свободен ли путь впереди, поглядывая на битву и проверяя, что в нашу сторону не направлено никаких атак.

Бегемот начал светиться, его серая кожа становилась всё белей, образуя разительный контраст с обсидианово-чёрными рогами и лапами. Герои несколько отступили, и он воспользовался ситуацией, бросившись вперёд, прорываясь сквозь здания и заслоны.

— Мрак! — крикнула я.

Грохот вдалеке становился всё громче. Если Бегемот продолжал идти в том же направлении, в котором двигался ранее, то сейчас он прорывался сквозь ряд зданий. Мрак меня не слышал. Я подождала, пока шум не уляжется, и повысила голос:

— Радиация! Используй тьму!

Он так и сделал, и мы погрузились в черноту. Я продолжала полёт, ориентируясь при помощи насекомых. Вперёд я рискнула выслать только лишь небольшую группу, чтобы проверять дорогу на предмет пожаров. Я летела вслепую, не имея возможности видеть.

Обнаружив впереди огонь, я снизила скорость и решила предупредить об этом команду, но поняла, что у меня нет для этого способа. Это заставило меня замедлиться ещё сильнее.

— Пожар! — крикнула я. Мрак мог меня слышать сквозь свою тьму, но только не через грохот разваливающихся зданий. Без сомнения, мой голос утонул в звуках падающих зданий, скрежещущих о дорогу саней и затерялся в потоке ветра.

Сменив курс, я полетела прямиком к саням. Прицелиться точно не удалось. Не желая вытолкнуть кого-нибудь из саней, я немного подкорректировала направление антигравом и приземлилась на переднем краю, между Рейчел и Мраком. От неожиданности тот отпустил сани, и мне пришлось схватить его за шиворот, чтобы он сам из них не выпал.

Он создал коридор посреди тьмы, оставив её слева и справа от нас.

— Огонь! — крикнула я, как только получила возможность. — Вон за тем холмом! Налево!

Он развеял ещё больше тьмы, и мы повернули настолько резко, что сани занесло по широкой дуге. Я держалась за борта, но позволила себе слегка соскользнуть назад, используя антиграв, чтобы не свалиться на дорогу.

Резкое движение отбросило пассажиров. Из-за устройства саней вывалиться из них было сложно, но люди сгрудились на одной стороне, и один мужчина наполовину свисал наружу. У него была только одна здоровая рука, и он не мог нормально держаться.

Сани начало подбрасывать на кочках, и я добралась до него как раз вовремя, чтобы подхватить. Я встала обеими ногами на борта саней, одной рукой ухватившись за борт, а второй придерживая мужчину.

Когда курс выровнялся, я помогла ему усесться получше.

Запыхавшимся голосом он сказал мне что-то, чего я не поняла.

Я снялась с места.

Мимо нас пронеслась ударная волна. Она ощущалась жёстче и интенсивнее сильного порыва ветра, но благодаря большому расстоянию и множеству зданий между нами и Губителем, её силы было недостаточно, чтобы разорвать мои внутренние органы. Я осмелилась подняться до уровня крыш, где тьма не мешала мне видеть.

Волна разорвала облака дыма, но почти сразу же они начали смыкаться снова. Я разглядела фигуру, видимо, одного из индийских кейпов, которая стремительно росла. Эфемерная, прозрачная, она имела размытые черты и излучала свет, который с трудом пробивался сквозь завесу дыма. Призрачный кейп ударил Бегемота в морду, затем в грудь.

Губитель развёл лапы и резко свёл их вместе. Я не стала дожидаться, когда они соприкоснутся, и нырнула в укрытие прежде, чем меня собьёт ударная волна. Повсюду вокруг в пределах её распространения дым смело. Прижимаясь передней частью тела к стене, я почувствовала не только волну, но и последовавшую за ней тряску, вызванную падающими зданиями и разлетающимися обломками.

Он испускал ударные волны одну за другой, и я была вынуждена покинуть это укрытие и поискать другое где-нибудь подальше.

Бегемот прекратил излучать радиацию. Или, по крайней мере, больше не светился. Он устроил себе небольшую передышку от атак героев и использовал её как шанс продвинуться дальше. Кейпы начали контратаку. Шум битвы непрерывно преследовал меня, я полетела вперёд Неформалов.

Ещё одно препятствие. На этот раз люди.

Я приземлилась на сани во второй раз и приказала остановиться. У собак ушло несколько секунд, чтобы достаточно сбросить скорость.

Путь преградили местные, у некоторых из которых было оружие. Среди них были люди разного статуса, начиная с почти бездомных и заканчивая бизнесменами.

— Главный? — спросил один из них с ужасным акцентом. Он был помоложе, явно из рабочего класса, что меня удивило. Я ожидала, что руководство возьмёт на себя кто-нибудь постарше и посолидней.

— Я, — выпустив небольшой импульс из ранца, я немного вылетела вперёд.

— Воровать? — спросил он меня грубым голосом.

— Нет. Раненые.

Он указал рукой в сторону саней и сделал полшага вперёд. Я кивнула.

Мне не нравилось, что мы тратим время впустую, но я надеялась, что он даст добро, и нам освободят дорогу. Я наблюдала, как он изучает лежащих в санях людей.

— Мы забрать, — сказал он. — Есть доктор, место спрятаться. Вы сражаться, помогать. Ваш долг.

Я почувствовала, что со стороны Бегемота к нам приближается группа людей. Две женщины в вечерних платьях, девушка во фраке и ещё одна девушка в костюме.

Нет времени спорить.

— Уверены? — спросила я его.

— Да, — ответил он.

— Окова, Сплав, отомкните цепи. Оставим сани здесь. Стражи, со мной. Мрак, я направлю вас к Посланникам. Возьмите собак. Оставь нам немного тьмы для защиты, чтобы мы могли укрыться от радиации.

Нам потребовалось всего несколько секунд, чтобы всё обустроить. К тому времени, как Неформалы отправились в путь, группа местных уже потащила сани.

— Сообщение от Отступника, — объявил мой браслет. — Подтверждено исчезновение Александрии из тюрьмы СКП.

— Блядь, — пробормотала я.

— Сообщение от Отступника. Держись от неё подальше, пока не узнаем больше. Бегемот приближается к первому периметру. Буду держать тебя в курсе.

— Передай ему спасибо.

— Это хорошо, — сказала Грация. — Может и не в будущем, но сейчас — точно…

— Сейчас это неизвестный фактор, — возразила я. — Но есть один реально большой хорошо известный фактор, который сейчас разносит этот город, и именно ему мы должны уделить всё наше внимание — Бегемоту.

— Можем сосредоточиться на обоих, — предложил Тектон.

— Вот тогда тебя и застигнут врасплох, — сказала я, потянула за цепь, и сани тронулись с места. Окова, казалось, делала львиную долю работы, стоя между полозьев и подталкивая их вперёд. Несмотря на то, что так она сбивала направление, заставляя их отклоняться то вправо, то влево, её силы оказалось достаточно, чтобы тронуться, нам оставалось только поддерживать движение.

Мы достигли приземистого здания, на котором были нарисованы нечитаемые письмена и пиктограммы машин. Некоторые из местных поспешили вперёд и открыли двери гаража, мы направили сани внутрь.

«Укрытие», про которое они говорили, представляло собой подземный коридор, ведущий вниз между подъёмниками для машин. Чтобы сани протиснулись, Сплаву пришлось подправить их форму, после чего мы ступили в наклонный, ведущий вниз тоннель. Люди внутри сместились назад, чтобы сани не помчались неуправляемо вниз, передавив тех, кто шёл перед нами.

Я увидела человека, с которым разговаривала в самом начале и который осматривал раненых. Его глаза отражали свет, как у кошки или собаки.

«Кейпы. По крайней мере некоторые из этих ребят кейпы, — подумала я. — «Холодные» кейпы, местные нелегалы».

Во время спуска под землю было жутковато осознавать, что нас превосходят числом неизвестные паралюди с неясными намерениями.

Потрескивание из браслета непрерывно возрастало.

— Сообщение от Мрака. Встретились без происшествий. Возвращаемся к вашей позиции.

— Сообщение принято, — отозвалась я.

— Сообщение от Мрака…

Голос утонул в треске статики.

Слишком много фонового электромагнитного излучения, и толща земли между нами, наверное, тоже играла роль.

Трудно было судить, как далеко мы забрались. Мы достигли места, где движение саней преградила расщелина в полу, но Сплав, Тектон и Голем разобрались с этой проблемой в один момент.

Мы спустились настолько глубоко, что я перестала чувствовать насекомых на поверхности, а спуск всё ещё продолжался.

Чем дальше мы удалялись от поверхности, тем более зловещими казались мне кейпы без костюмов, окружавшие нас. Чтобы никто из «холодных» паралюдей их не видел, мои насекомые следовали за нами по коридору на некотором расстоянии, но достаточно близко, чтобы в случае необходимости прийти на помощь.

— Этот туннель создан кейпом, — сказал Тектон.

«Не надо поднимать эту тему», — подумала я, подавив желание сказать это вслух.

— Нет, — сказал мужчина с кошачьими глазами, не поворачиваясь в нашу сторону.

Я потянулась вперёд и коснулась плеча Тектона. Он, естественно, не почувствовал этого в своей тяжёлой броне, и продолжил:

— Я почти у…

Чтобы привлечь внимание, я толкнула его. Он посмотрел на меня, и я покачала головой. Тектон остановился на полуслове.

— …уснул, пока мы спускались? — предположил Вантон.

— Даже и не начинай, — сказал Тектон, — с меня достаточно Неформалов.

По мере того, как мы спускались всё глубже под город, поведение Стражей изменилось. Тектон теперь оглядывался по сторонам, изучая окружающих нас людей. Вантон сгорбился, как будто стены туннеля своим весом давили на него со всех сторон. Окова сложила руки на груди, обнимая своё тело — защита, какой бы хрупкой она ни была, от возможного нападения. И Сплав, и Грация жались к остальным членам команды, неосознанно сбиваясь в сомкнутый порядок.

Голем, как ни странно, больше походил на нас с Тектоном, изучая окружение и поглядывая на незнакомцев, которые нас сопровождали. Дело было не в том, что он не испытывал страха — всё остальное говорило об обратном. Скорее, для него быть настороженным было естественно.

Откуда у него эта привычка? Он должен был вести себя как новичок.

Я придержала язык и продолжала сканировать окружение насекомыми.

Перед нами открылось подземное жилое пространство, полное измученных, испуганных людей. Тусклый свет фонарей, что, чередуясь, прятались в нишах в полу и потолке, равномерно заливал сеть узких коридоров, соединяющих некое подобие комнат, вырезанных прямо в камне. Даже в моей камере было больше места, чем в этих закутках. Там, по крайней мере, можно было выпрямиться во весь рост. Эти ячейки громоздились друг на друге в два этажа.

Но, тем не менее, это было жилое пространство.

— Как по-твоему, оно не рухнет? — спросила я Тектона.

— Я не достаточно вижу, чтобы судить, — ответил он. — Возможно? Вероятно?

— Я не знаю, можно ли оставлять пострадавших здесь, если это смертельная западня, — сказала я, оглядывая людей, выходящих из комнат.

— Наверху тоже не очень, — сказал Вантон.

Наверху есть шанс. Здесь я насчитала сотни или тысячи людей. Мои насекомые чувствовали другие коридоры, и я задалась вопросом — что, если эта полость была одной из многих?