Часть 24

Люк съел еще один кусочек рыбы и взмахнул вилкой.

— Затем мы приказали спрятавшимся за астероидами эскадронам выступить вперед, фактически отрезав им путь к отступлению. Это была небольшая авантюра, потому что наши звенья во время атаки не были задействованы в полную силу — треть из них была в укрытии. На самом деле я немного удивлен, что никто из повстанцев не понял, что в нашем строю не хватает большого количества TIE.

— Неправда. Ты сказал, что они были в середине своего ночного цикла. То есть, вы их разбудили, а они, вероятно, были еще в полусонном состоянии, — сказала Анжалин, потягивая вино. Она посмотрела на Люка, свет заходящего солнца окрашивал его светлые волосы в медный цвет.

— Да, но мы этого не знали, это было просто удачное предположение, — заметил Люк.

— Ты говорил так, будто знал, — возразила Анжалин.

— Отчет разведки, — предположил Люк. Анжалин сверкнула на него глазами поверх своего бокала. Он узнал все каким-то другим способом, и они оба это знали. Если бы она только могла понять, как… В конце концов, вполне возможно, что лорд Вейдер использовал свои силы, чтобы определить лучшее время для атаки, хотя со стороны Люка было бы странно не сказать ей об этом. Может быть, у Темного Лорда были свои шпионы в Восстании? Она не стала бы исключать этого.

Улыбнувшись, она расслабилась, поедая свой ужин. У них были места прямо у стекла, в то время как другие столики стояли на возвышениях, которые поднимались все выше и выше по мере удаления от окон. На некоторых ярусах, разделяющих комнату, стояли наполненные живыми цветами огромные вазы. Здесь собралась элита галактики, которую обслуживал тщательно вышколенный персонал ресторана.

***

Трин отправил посуду в посудомоечную машину и оглянулся через плечо на переполненную кухню. Скоро ему нужно будет вернуться к столам, столик рядом с объектом должен был вот-вот освободиться, и нужно было быть настороже, чтобы не пропустить момент уборки. Он вздохнул: все зависело от времени.

Сегодня вечером он занял место своего двоюродного брата, у того было такое же телосложение, как и у него, и благодаря небольшому количеству грима они выглядели совершенно одинаково. Вообще-то вся его семья выглядела очень похоже, что значительно облегчало работу их клана. Большинство из них были обучены просто сливаться с толпой и браться за тупую рутинную работу вроде этой, готовые поменяться с обученным убийцей, когда появится работа.

И в обмен на небольшое актерское мастерство его неприметный кузен жил в роскоши. Только ему приходилось часто менять имя. Трин снова вздохнул. Всю настоящую работу делал он. В конце концов, именно он будет убегать, спасая свою жизнь меньше чем через час, после того как произведет смертельный выстрел. Нащупав рукой спрятанный бластер, он подошел к уборочному столу и взял одну из тележек.

***

Люк улыбнулся Анжалин, слушая ее рассказ о свадьбе Насталии.

— Будет очень весело, церемония — это фактически четыре дня гуляний. Все ближайшие друзья гранд-моффа на планете должны спонсировать хотя бы одно мероприятие, и мы, как друзья Насталии, приглашены на все из них.

— Похоже, нам будет, чем заняться.

— Да. Мне придется взять с собой всех моих личных слуг, я надеюсь, что все будет в порядке, но я не смогу посещать столько мероприятий без них.

— Ну, не знаю, может быть, нам стоит пропустить несколько. Они будут просто заполнены людьми, которых мы не знаем, и я не против провести больше времени, общаясь с тобой.

Анжалин покраснела. Люк улыбнулся ей, а затем нахмурился, когда по Силе пробежала предупреждающая рябь. Он просканировал толпу, но не увидел ничего необычного. Столик за спиной Анжалин покидали, но это было нормально. Он оглядел зал, и его взгляд зацепился за официанта, неторопливо выходящего из кухни в сторону оставленного стола. Вот. Сила снова запульсировала, и вокруг мужчины закружились маленькие вихри опасности.

Он был не тем, кем выглядел. Люк замер, раздумывая, что делать. И тут он понял, что опасность грозит не ему. Это Анжалин, этот человек пришел за ней. Люк попытался сообразить, что делать, поскольку не мог открыто защитить ее. Они не могли просто встать и уйти — они еще не закончили трапезу, и люди будут сплетничать.

Он снова улыбнулся, и большая ваза, наполненная огромными живыми цветами, которая стояла на подставке между несколькими столиками позади, вдруг упала с громким грохотом. Официант скривился, в его глазах мелькнуло разочарование, и он повернулся, чтобы убрать беспорядок. Люк подождал минуту, а затем подтолкнул Силой сознание другого официанта. Тот послушно подошел к освободившемуся столику и стал его убирать.

Люк пришел в себя и увидел, что Анжалин наблюдает за ним с легким любопытством. Люк посмотрел на свою тарелку, потом на нее.

— Я не очень хочу есть десерт, а ты?

— Немного, — сказала Анжалин, все еще наблюдая за ним.

Люк посмотрел на нее, размышляя, стоит ли ему подтолкнуть ее Силой или нет. Он взглянул на официанта/наемного убийцу: тот смахнул последние испорченные цветы в корзину и встал. Мужчина взглянул на их столик и встретился глазами с глазами Люка. Оба быстро отвели глаза, плечи мужчины слегка напряглись.

Анжалин заметила этот обмен и вдруг слегка побледнела.

— Вообще-то, я не так уж голодна. Ты прав. И мы всегда сможем остановиться и перекусить, по дороге домой. — Она кивнула, сделав глубокий вдох.

Люк улыбнулся, но внутри почувствовал беспокойство. Анья что-то знала, и он должен был выяснить, что именно, пока она не пострадала.

***

Трин зарычал от досады. Они рано ушли, а он так и не смог сделать точный выстрел. Диас убрал стол рядом с мишенью, и все потому, что какой-то неуклюжий клиент сбил ту вазу. Никто из сидевших рядом с цветами не признался в этом, все вели себя так, будто это сделал кто-то другой.

Конечно, он мог бы выстрелить в цель, когда она выходила за дверь, но Скайуокер стоял на пути. А в его инструкциях четко говорилось, что он не должен подвергать блондина опасности. Малейшая царапина, и они потеряют свой гонорар.

***

— Анья, — тихо сказал Люк в личном автомобиле, когда они отъехали от ресторана, — кто за тобой охотится?

Анжалин вздрогнула, вспомнив, как Ра’чеалла угрожала ей во дворце.

— Никто, Люк, а что? — невинно спросила она.

— Ты ужасная лгунья, — ответил Люк, потянувшись, чтобы взять ее за руку. Анжалин опустила голову, но ничего не сказала. — Анья, пожалуйста, скажи мне. Я не смогу защитить тебя, если ты не скажешь мне. — Люку хотелось прощупать ее, вырвать информацию из ее разума. Но он заставил себя сначала спросить ее, он хотел знать, доверяет ли она ему.

— Ра’чеалла, — прошептала Анья. — Она сказала мне держаться от тебя подальше.

— Да, я знаю. Ты говорила мне, — сказал Люк, не позволяя Анжалин остановиться, пытаясь заставить ее продолжать говорить.

— Она сказала, что остановит меня, если придется, — Анжалин сглотнула. — Отец всегда говорил, что двор опасен. Но я никогда не думала, что кто-то будет преследовать меня. Я просто женщина, у меня нет большой власти.

Люк усмехнулся и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

— Нет, имеешь, — поддразнил он. Она подняла на него глаза, удивленная и смущенная. — Ты, моя красавица, обладаешь достаточной властью, чтобы уговорить меня взять тебя на свадьбу пораньше. Мы можем отправиться завтра вечером, если хочешь. Мы приедем раньше, но Насталия, скорее всего, не будет против.

— Но… — прошептала Анжалин.

— Никаких но. Вдали отсюда тебе будет безопаснее. Просто не выходи завтра, и мы отправимся в путь, не успеешь оглянуться.

Анжалин с надеждой улыбнулась.

— Мой отец захочет узнать почему.

— Дела. Мне пришлось выехать раньше.

— Мистер Джерклин пригласил меня завтра на прогулку, — сказала Анья. — Но я отменю.

— Хорошо. Этот человек в любом случае должен научиться отступать. Мне придется придумать способ навсегда избавить тебя от него, как считаешь? — Люк с наигранной мукой вздохнул.

Анжалин хихикнула, хорошее настроение вернулось.

— Да, пожалуйста. И поскорее.

***

— Ра’чеалла, — сказал Бьюкенен, когда слуга унес их десертные тарелки. — Пойдем со мной.

Ра’чеалла поднялась на ноги и молча последовала за отцом в его кабинет. Всякий раз, когда он приглашал ее к себе и вел в эту комнату, она знала, что попала в беду. Он всегда отчитывал ее в своем кабинете, так как это было единственное место, куда слуги не заходили, кроме как по необходимости. Войдя в комнату, она села в одно из двух мягких кресел и стала ждать, когда отец заговорит.

— Что я говорил тебе о Скайуокере? — спросил Бьюкенен, закрывая дверь в комнату. — Ты знаешь, что не должна больше с ним общаться, ты знаешь, что я с ним разговаривал, и все же ты меня не слушаешься.

— Я не… — начала Ра’чеалла.

— Говорю я, — прервал Бьюкенен. — Твоя сегодняшняя реакция при виде Скайуокера с мисс Винитерур — лучшее доказательство того, что ты не отказалась от своих чувств к нему.

— Если что и доказало, так это то, что Люк — важная персона, — сказала Ра’чеалла, зная, что у нее будут неприятности, но не понимая, почему ее отец так себя ведет. — Император позволил ему воспользоваться своей ложей!

— Я не хочу, чтобы ты с ним общалась, — сердито бросил Бьюкенен. — При дворе все вращается вокруг власти, а не любви. При дворе никто не женится по любви. Все дело в статусе — по крайней мере, я учил тебя этому.

— Но у Люка есть статус, — возразила Ра’чеалла. — Иначе, почему бы Император позволил ему пользоваться своей ложей? Он знал, что пресса будет говорить об этом. Несомненно, это делается для того, чтобы распространить информацию о важности Люка.

— Я не хочу больше слышать имя Люк в этом доме, ты должна называть его Скайуокером, это ясно? — приказал Бьюкенен и дождался неохотного кивка. — Что касается того, что делает Палпатин, у меня нет никаких предположений. Однако Императора нельзя недооценивать. Это не первый раз, когда он делает то, что кажется одним, но конечные результаты совершенно другие. Какими бы они ни были, ты не должна общаться со Скайуокером.

— Но…

— И ты не будешь появляться при дворе в течение недели, — продолжил Бьюкенен.

— Но я уже обещала людям, что встречусь с ними, — ответила Ра’чеалла, ища способ обойти приказ отца.

— Тогда отмени, — сказал Бьюкенен и посмотрел на свою дочь, когда она открыла рот, чтобы возразить. — Тебе все понятно, юная леди?